Василиса заявилась ко мне только на утро четвертого дня, после того как они вернулись с Кощеем из поездки.
Я как раз шел с кухни, с кружкой кофе в руках, когда услышал шуршание замка.
Дверь открылась и на пороге возникла лучезарно улыбающаяся красавица в приталенном пальто с меховым воротником.
— Димка! — Она раскинула в стороны руки с большими пакетами, но даже не подумала кинуться ко мне в объятия. — Ты бы знал как я рада тебя видеть. — Девушка закрыла за собой дверь скинула на пол пальто и подняв ногу принялась расстегивать сапог. — Ты даже не представляешь, как я по тебе соскучилась! Так, что готова прямо сейчас на тебя взобраться и оттрахать… — Она резко замолчала, собственно причина у нее была, и эта причина именно сейчас двигалась из кухни держа в руках кружку и почесывая зад, Марья как обычно ходила по квартире голой, вернее в одних трусах, трусиками это жуткое сооружение из ткани назвать было нельзя, это были именно трусы, абсолютно антисексуальные, но как она утверждала, чрезвычайно удобные.
Марья остановилась у меня за спиной, сделал большой глоток и окинула Василису заинтересованным взглядом.
— Ээээ! Я не то имела в виду. — Начала оправдываться супруга директора Института.
— Не мое дело! — Отмахнулась Искусница и спокойно направилась в свою комнату, закрыла дверь и оттуда почти мгновенно раздался стрекот швейной машинки.
— Дим! Я это! — Дверь внезапно открылась и на пороге возникла Варвара Краса в маечке, шортиках и домашних тапочках. — Ой! — Она испуганно вздрогнула, увидев Василису, та же выпрямилась посмотрела на нас гневным взглядом и решив, что тут во всем виноват я, спросила.
— Так ты и ее… — Что именно ее, она не уточнила, да оно и так было понятно.
— Нет! — Вместо меня возмущенно взвизгнула Варька. — У меня с ним ничего нет! Да с чего Вы вообще это взяли! Мы просто соседи, и Марья позвала на завтрак, так как вчера вечером булочек напекла!
— Булочки значит…- Василиса сверкнула глазами. — Значит круассаны на завтрак тебя уже не устраивают? — Обвиняющий взгляд жег меня. Именно в этот момент я понял, что все эти дни, я боялся вовсе не того, чего следовало, меня сейчас грохнут не за убийство Гороха, а только потому, что кое кто вообразил меня своей собственностью.
Варька сочла наилучшим для себя вариантом, свалить подобру-поздорову.
— Василиса Андреевна, Ваши круассаны всегда будут в моем сердце, но поверьте, у Марьи просто восхитительные булочки.
— Я уже оценила. — Недовольно буркнула девушка, но все же сняла второй сапог и отодвинув меня прошествовала в кухню, я последовал за ней. — Закрой дверь. — Велела она. — У нас будет серьезный разговор.