Владимир с трудом разогнулся. Он понял, что бывшему сержанту подразделения поддержки он не противник и молча отошел в сторону, а Федор Федорович, осмотрев окружающих внимательным взглядом, произнес:
— Если кто-то еще думает точно так же и хочет уйти, то сейчас самое время. Мы никого держать не будем.
— Никто не пойдет, — сказал один из молодых парней в первых рядах. — Этот идиот уже всех достал своим нытьем. Постоянно несет какую-то дичь. Его никто серьезно не воспринимает.
— Да. Точно, — донеслось со всех сторон, но я видел по глазам, что в некоторых курсантах семена сомнений были посеяны…
Разместившись в аудитории на привычном месте, мы принялись ждать. Скоро вошли кураторы групп и руководитель практических занятий.
После проверки личного состава и привычного вступления преподаватель перешел к делу.
— К сожалению, из-за разной численности учебных групп, а также из-за других объективных причин нам не удалось распределить всех курсантов согласно вашим запросам. Так что прошу отнестись к этому с пониманием и не выказывать недовольства. Группы уже сформированы, и никто вносить изменения в списки не будет.
Осмотрев притихшую аудиторию и не услышав возражений, мужчина начал зачитывать фамилии. Десять курсантов выходили в центр, а затем передавались одному из кураторов.
«На одного офицера приходится две звезды. Судя по довольным лицам аристократов, их пожелания учли».
Распределение проходило оперативно. Звезды бояр и безродных вызывались в произвольном порядке и быстро покидали аудиторию. В тот момент, когда число курсантов уменьшилась в несколько раз, преподаватель предупредил о том, что есть также и сводные звезды, в которые будут входить представители двух сословий.
Я уже некоторое время ощущал какой-то подвох, поэтому не удивился, когда следом за фамилиями девяти бояр прозвучала и моя.
— На выход! — скомандовал закрепленный за нами куратор и первым вышел в коридор.
— Что, Ладов? — спросил один из парней с тщательно скрываемым любопытством. — Значит, ты теперь с нами будешь?
Не успел я ответить, как раздался недовольный рык куратора:
— Разговорчики! Вы курсанты центра подготовки российского корпуса егерей или бабы базарные? Позже языками почешете.
Окинув нас пристальным взглядом, звероватого вида капитан развернулся.
— За мной!
«Что-то подсказывает, что он не любит обучать личный состав», — мелькнуло в голове.
Очень скоро мы оказались в небольшой аудитории. Куратор рассадил нас за отдельные парты, внимательно осмотрел и произнес:
— Я барон Павлюсон Владис Олегович. Благородным можно обращаться ко мне по имени-отчеству, безродному — господин барон или ваше благородие. Это ясно?