— Мозги включи, — произнёс Михалыч сварливым тоном. — Я же недавно тебе говорил, что магом так и не стал! Талант был настолько слабым, что меня даже не инициировали!
— Как же тогда? — нахмурился Александр, переводя растерянный взгляд с меня на егеря и обратно.
— Разломная энергия! — напомнил ему Николай.
— Хоть у одного мозги работают! — ответил отставник бодро, но я отметил, что демонстрационный бой дался ему не настолько легко, как он пытается показать. — Она, родимая! И прошу заметить, что мой уровень даже после нескольких лет пенсии, без тренировок и практики, всё ещё неплох!
Я насмешливо посмотрел на старика, и он отмахнулся:
— Ну ладно, пусть даже десятка лет, но я ведь действительно неплохо сработал? Да?
— Отлично, — подтвердил Александр, указывая на живот. — Только вот поясните мне, молодому, кое-что. Откуда у вас такие способности? Меня всегда учили, что получить некие дары от разлома — дело непростое. И что нужно закрыть их несколько тысяч, прежде чем они себя проявят.
— Я примерно в стольких и побывал, — признал отставник, заслужив уважительный взгляд от Рибутова, и добавил: — Вопросы по поводу моего присутствия ещё остались?
— Если научите бить так же быстро и сильно… — с хитрым прищуром ответил Александр.
— Ну, за этим к своему другу обращайся, — уже серьёзно произнёс водитель, показав на меня. — Думаю, ради этого он нас здесь и собрал, а демонстрация моих способностей пришлась как нельзя кстати.
Глаза Александра и Николая загорелись предвкушением, и я поспешил опустить их с небес на землю:
— Не спешите. Всё не так просто. Нельзя овладеть чем-то подобным ни за один день, ни за месяц тренировок. Понадобятся годы упорного труда.
— Но у тебя же это как-то получилось? — резонно заметил Николай. — Ты точно не мог пару десятков лет посвятить разломам. Боюсь представить, сколько нужно их закрыть и какого класса, чтобы стать настолько сильным.
— У меня врождённый талант и особый метод тренировок, — произнёс я, глядя на присутствующих. — Используя который, я надеюсь за короткое время существенно нарастить ваши боевые возможности. Ну и куда же без разломов? Им я также планирую уделить самое пристальное внимание. Ведь там так много нужной нам энергии.
Спрашивать меня о том, где я мог получить подобные знания и как в столь юном возрасте стал настолько сильным бойцом, никто не решился, хотя по горящим глазам я отчётливо видел — хотят.
«Ну и молодцы, — пронеслось в голове. — Знают, что на некоторые вопросы ответов они никогда не получат».
После подведения итогов спарринга и моих слов энтузиазмом преисполнились все присутствующие, и я, довольный их рвением, принялся за знакомое по прошлому миру дело — обучение новичков. Правда, измываться и загонять подопечных до седьмого пота я не стал. Форма, как минимум у молодых, и так неплохая. С этим вполне можно работать. Ну а Михалыча решил вообще поберечь. Вот через месяц-второй активных занятий и походов в разломы можно будет повысить ему нагрузку, а пока пусть сам себе её выстраивает.