— Думаете, что их реакция может быть иной, чем вы ожидаете, и изменит ваши планы? — осторожно поинтересовалась журналистка. — Комментарии депутатов вполне могут повлиять…
— Уверен, сегодня их не будет. Ну а завтра их не будет по иной причине, — я глянул на нее и она невольно содрогнулась. — Завтра переходите к фазе два. Продолжаете те же нарративы, что сегодня, но добавляете значительную часть реакции французской стороны: молчание, растерянность, паника, нежелание комментировать и объяснять произошедшее. Скорректируете по итогу сегодняшнего дня, каких эмоций будет больше. Завтра во второй половине дня резко переключаетесь на другую новость.
— Какую? — в глазах Ленели обозначился испуг.
— Ту, которую вам сольёт «надежный анонимный источник», — сказал я ей и подмигнул. — Блокнот с ручкой у вас, полагаю, с собой?
— Разумеется, Ваше Величество.
Фогель быстро извлекла из сумки блокнот и ручку, передала мне. Я коротко изложил события, произошедшие в Праге в российском посольстве, внеся некоторые неточности и изменения, подав всё под нужным соусом. Вернул блокнот Фогель.
— Прочитайте.
— О Боже! — она уставилась на меня. — Это правда, Ваше Величество⁈ Российский император встречался с вами в Праге, чтобы рассказать о заговоре, в который хотели втянуть Российскую Империю по передаче ей Богемии? И вы, разоблачив заговорщиков, вместе достигли договоренности между странами о мире и союзе?
— Частично правда. Императора действительно втянули в заговор и он вполне был настроен забрать Богемию, не понимая, к чему его действия могут привести. Но вы подадите всё в моей версии. Думаю, она куда больше устроит российскую сторону.
— А что потом, Ваше Величество? Фаза три? — спросила Ленели.
— Да, но об этом я вас проинструктирую завтра. Идите работать, вечером жду от вас отчета.
— Хорошо, Ваше Величество, — Ленели поднялась, спрятала блокнот в сумку.
Журналистка ушла в пресс-центр, а я вернулся в свои комнаты, позвал Ноткера, чтобы тот принес завтрак для меня и Маргарете. Через несколько минут к нам присоединилась Маделиф.
— Ну что, поговорили с Ульрихом? — поинтересовался я с легкой насмешкой.
— Да. У него не нашлось слов. Сказал, что должен подумать и обсудить всё с остальными.
— Обсудить что?
— Что делать, если ваша политическая провокация не увенчается успехом.
Я только хмыкнул.
— А как их дела продвигаются в Праге?
— Следов Чистослава и Желимира они не обнаружили. Маги Гильдии и преподаватели Пражского Университета подчинились Объединенному Совету. Сегодня должно состояться глобальное совещание с представителями Гильдии и всем преподавательским составом, включая темных. Правда эти планы нарушили сегодняшние утренние новости, которые, разумеется, не могли не просочиться в Богемию.