Я подошел к работающему конвейеру. Он был небольшим. По круговой ленте двигалось примерно дюжина некромагических устройств разной степени готовности. На столах по-соседству находились коробочки, из которых детали вставлялись в механизм. Чуть в стороне стоял ящик с десятком готовых устройств. На стенке ящика на бирке была написана сегодняшняя дата.
— К счастью, производство этих штук маленькое, — заметил Карлфрид.
— Если они действительно делали чуть больше двух десятков ежедневно — разве это не много? — с сомнением возразил Финбарр.
Чистослав между тем подошел к рычагу, схватился за рукоятку, собираясь ее повернуть и всё отключить.
— Стоять, — заледеневшим голосом приказал я.
Все посмотрели на меня с недоумением, но я указал на оглушенного тёмного мага, разобрав на искаженном болью лице усмешку.
— Я же предупреждал господина Чёрного, что не надо отключать конвейер, — прохрипел тот и сплюнул кровь.
— Почему я не должен? — Чистослав не выпускал из рук рычаг.
— Вы, видимо не помните. Хотя, может, господин Алойзиус заставил вас забыть. Странно, что нас не предупредил.
— Так что будет, если отключить конвейер? — потребовал я.
— Господин Чёрный на открытии этого цеха пожертвовал свое сердце и стал первым носителем нового устройства. Его сердце, как залог от отключения, находится внутри пульта управления, в сложном охранном устройстве со множеством заклинаний. Опустите рычаг и несколько лезвий оставят от сердца господина Чёрного решето. Не знаю, умрет ли вслед за этим его тело, но дух точно будет уничтожен.
— Интересное решение со стороны господина Алойзиуса, — произнес я задумчиво, перевел взгляд на Чистослава и показал руками чаши весов. — Так что для вас дороже, Чистослав, ваша жизнь или жизнь целого города?
— Ваше Величество… — растерянно произнес он.
— Решайте, у вас осталось не так много времени.
— Ваше Величество, — подал голос Карлфрид и я расслышал в нем протест.
Я обернулся к нему.
— Вам стало жалко вашего бывшего учителя и хозяина? — поинтересовался я. — Мой вам совет — не лезьте. Не сейчас.
Я подошел к Чистославу и он, выпустив рычаг, шлепнулся на пол, тяжело привалившись спиной к корпусу конвейера.
— Пожалуйста, Ваше Величество, — произнес он едва слышно. — Я не хочу умирать. И я не должен!
— Интересно, о чем вы думали, когда занялись некромантией, когда связались с чёрным магом? — спросил я, глядя на него сверху. — Вам не приходило в голову, что вам придется за это всё дорого заплатить? Хотя, зачем я с вами разговариваю? Вы же уже мертвы. Настоящий живой Чистослав отреагировал бы на всё это по-другому.