Она кивнула. Я открыл заднюю дверь и едва коснувшись пальцев Ашлин помог ей сесть. Устроился следом рядом с ней. Энгус вывел машину из гаража. Мелькнули огни туннеля и мы вырвались наружу.
На улице шел дождь, небо затянули серые тучи, едва видневшиеся за плотным пологом ветвей аллеи, что шла от туннеля и въезда в Гильдию. Автомобиль неспешно поехал вниз с холма. О’Шэнан глянул на меня из зеркала заднего вида.
— Эгихард, вы обещали рассказать.
— Как только вы сдержите свое обещание, — невозмутимо отозвался я.
— Я уже говорил, что вы все узнаете только тогда, когда уедете из Ирландии.
— Вот и договорились — я вам сразу пришлю ответное письмо, с рассказом, что произошло у вас в Гильдии и кто стоит за гибелью Тарлаха.
— Вам это стало известно? — поразилась Ашлин. — Откуда?
— От вашего коллеги Мохэммока, — произнес я, глядя на нее.
— Значит, мы должны отыскать его и расспросить! Энгус?
— Он вам уже ничего не расскажет, — сказал я.
— Что, тоже пополнил ваш список? — мрачно обронил О’Шэнан.
— Да. И вам его жалеть не за что — этот жабий выродок получил по заслугам.
— Вы… — Ашлин уставилась на меня распахнув глаза.
Я увидел как у нее задрожали кончики пальцев.
— Простите за грубые слова. И… вовсе не хотел вас пугать, — произнес я, подхватил ее дрожавшие пальцы, мягко сжал теплую ладонь волшебницы.
Она вздрогнула, растерявшись. Я тем временем другой рукой успокаивающе коснулся ее плеча.
— Мохэммок был причастен к гибели Тарлаха, — пояснил я глядя на нее. — И из-за него бы погибли другие маги. Возможно, вы тоже, Ашлин, поскольку были верны Тарлаху. А старика жалко. Он слишком доверился своему помощнику, не зная, что тот способен на предательство. Скажите, я угадал, что вы были не только его помощницей, но и ученицей? И Мохэммок тоже?
Она все еще с трудом веря, кивнула, всхлипнув, и в итоге не сдержавшись разрыдалась.
— Все хорошо, — я притянул ее к себе, обняв и утешая гладя содрогающиеся плечи и спину. — Этот жабий гад уже никому не причинит вреда.
Ашлин, спрятала лицо у меня на груди. Я притянув ее к себе плотнее, наткнулся на мрачный взгляд О’Шэнана в зеркале, и проигнорировав обозначившееся на его лице предупреждение, прикрыв глаза уткнулся лицом в ее макушку в золотистые волосы. Вдохнул ее запах. От Ашлин пахло сладковатым и немного цитрусовым парфюмом, а еще, конечно же, гарью от недавнего пожара.
— Проклятье, нам надо принять душ — мы все пропитались запахом этого чертова пожара, — тихо смеясь шепнул я ей на ухо, скользнув по нему и щеке губами.
Ашлин отпрянула от меня. Щеки ее снова заалели и грудь, учащенно вздымающаяся, под блузкой снова притянула мой взгляд.