— Не дергайся, Финбарр. Твоя мать у меня на мушке. Точнее, у Охотника.
Финбарр замер.
Тетушек начало шатать. Они опустились на пол, побледнев, следом на колени, держать за живот бухнулась Ренни.
Банши между тем подошла к Сирше. Кузина стояла из последних сил. Я встретился взглядом с банши.
Она протянула флакончик, невидимый для кузины, отпустила. И он упал прямо мне в руку. Я вложил его в ладонь Сирше. Дядя Даллан, аж приподнялся со своего кресла, в котором сидел. Я поймал второй флакончик, отдал Рени. Следующей Гленне и последний Бэвинн. Они поспешно выпили противоядие.
Крики боли и хрипы тем временем затихли. Все незаконнорожденные дети дяди Даллана были мертвы. Банши исчезла.
Дядя Даллан хмуро смотрел на нас сверху. О чем-то размышлял. Потом прервал затянувшееся молчание:
— Ты нарушил установленные мной правила, Эгихард. А еще ты должен дать мне ответ…
— Я никому ничего не должен — жестко ответил я. — Вам — тем более.
Даллан посмотрел на меня с разочарованием.
— Вот как? Жаль.
— Это вы мой должник. Вы пытались меня убить. Косвенно, только в планах — неважно. Ваш долг вырос до невероятных размеров.
— Я же говорил, что передумал, когда лично узнал тебя, — сказал он и сделал знак.
Грянул выстрел. И тут же эхом второй — я сжимал молниеносно выхваченный пистолет в руке. Каким-то необъяснимым образом моя пуля оказалась быстрее выпущенной серебряной. Встретилась с ней в воздухе и обе, сплющившись, падали на пол медленно, как в замедленной съемке. Я нажал второй раз на курок. Из ниши вывалился человек. Ружье покатилось по полу. Финбарр уже был около матери. Прижимал ее к полу, закрывая собой.
— Дурак, ты Эгихард, — злорадно произнес Даллан и указал вниз на младшую сестру. — Это она, Шенни. Ей всегда нравились агишки. Однажды у нее получилось их заворожить. И мне даже не пришлось уговаривать Шенни натравить их на тебя… Получить вместо одной доли наследства — две, оказалось очень соблазнительно.
Еще не веря, я опустил взгляд с Даллана на семью Лехри. В моей руке лопнул бокал, когда я встретился взглядом с испуганной оборотницей. С моей порезанной руки закапала кровь.
— Нет, Харди! — отчаянно заорал Финбарр.
Я на миг закрыл глаза, сжав порезанную ладонь в кулак. Посмотрел на стоящую от меня слева группу тетушек и кузин.
— И вы тоже хотели меня убить?
— Мы передумали. Позавчера после ужина… — едва слышно ответила Бэвинн.
— Обожаю своих родственников, — произнес я негромко.
Потом махнул рукой в сторону. Кровь попала на отравленных детей Даллана. Словно вспыхнул порох. И через мгновение на полу не было ни следа. Я обвел взглядом ошарашенных родственников. В зале повисло гробовое молчание.