Смотритель достал банку с жиром сурка и шерстяные носки.
— Я, правда, уже в норме.
Он потрогал щиколотки.
— Хм, ноги и правда уже теплые. Что ж, вон тот диван в твоем распоряжении.
— Спасибо.
Я дотопал до дивана, и мне показалось, уснул мгновенно, едва голова коснулась подушки.
В сон ворвался шум горного поезда. Состав, заскрежетав, остановился на станции. Хлопнула дверь.
— Господин и госпожа Райнер! — услышал я донесшийся с улицы голос смотрителя. — Подождите!
— Не сейчас, нам нужно домой.
— Но Эгихард здесь.
— Что⁈
Они зашли внутрь, смотритель находу им рассказывал, как я появился в его доме. Я открыл глаза, за окнами уже светлело. Родители подошли ко мне, я сел на диване.
— Харди, что случилось? — напротив меня присела мать.
Я молчал. Мама обернулась к смотрителю. Он, поняв, ушел в другую комнату.
— Харди, ну же, рассказывай.
— Они выкинули меня.
— Кто?
— Мои братья. Все четверо.
— Наверное, они просто играли с тобой, — отец встретился на миг взглядом и снова отвел глаза.
— В окно, которое выходит в пропасть, — произнес я твердо.
Родители смотрели на меня с неверием.
— Это невозможно…
— Невозможно что? Что меня выкинули? Или что я остался жив? — спросил я.
Мама прижала ладонь к моему лбу.
— Он весь горит! — воскликнула она.
Отец взял меня за ладонь.
— Проклятье… А как ты дошел досюда?
— Обогнул утес. Шел чуть больше часа.
— Смотритель знает?
— Нет.
— На снегу наверняка остались следы, — отец хмуро глядел на мать.
— Я вызову небольшую метель, всё заметет, — сказала она.
— Но он мог уже увидеть, — отец глянул на меня и я увидел на его лице странное выражение. Выражение готового пойти на всё.
— Тео, сейчас не до этого. Нам надо срочно домой.
Мать достала из своей сумки какой-то пузырек. Отец принес стакан с водой, туда капнули несколько капель и дали мне выпить. У меня поплыло сознание и я отключаясь, свалился на диван. Отец, завернув меня в плед, взял на руки и потащил к выходу.
Я проснулся в купе поезда. За окном мелькали предгорья, пролетали мимо небольшие городки, леса и поля. Я не сразу сообразил, что мама, сидевшая напротив, о чем-то спрашивает меня. Голова была словно набита ватой.
— Харди, ты как себя чувствуешь?
Я посмотрел на своё перебинтованное запястье, почему-то одно на этот раз, скользнул взглядом по сидевшему рядом с матерью старшему брату, что мрачно наблюдал за мной. Глянул на сидевшего рядом со мной отца.
— Куда мы едем? — спросил я.
— Ты не помнишь? Вчера мы собрались вместе и наконец решили, что нам пора переезжать.
— Куда?
— В замок Хоэцоллерн.
— Мне нравилось на Шафберге.