— С совершеннолетием, Эгихард.
Я уставился на нее с непониманием. Она указала на настенные часы, стрелки которых показывали пять минут после полуночи.
— Кажется дерьмовее дня рождения, чем сегодня, у меня ещё не было, — произнес я, сделав глоток вслед за ней.
— Есть ещё кое-что, что ты должен узнать, — заметила Цецилия.
Она извлекла из книжного шкафа книгу, вытащила спрятанный среди страниц конверт, протянула мне.
— Вы меня добить хотите? — я смотрел на неё с подозрением. — Что это?
— Прочти сам.
* булле — прозвище полицейских от Bulle (быки) за упёртость и отсутствие гибкости.
Я взял конверт, увидел, что он вскрыт.
— Что это значит?
— Случайно открыла, когда просматривала присланные счета.
— И прочитали тоже случайно? — поинтересовался я.
— Да. Там совсем короткое послание.
Я извлек письмо из конверта, прочёл.
— Дядя Даллан Наэр? При смерти? Созывает родственников на чтение завещания? — я уставился на тетю. — И долго шло письмо?
Даты в послании не стояло и я стал разглядывать почтовые штемпели на конверте — письмо было отправлено обычной человеческой почтой. На одном из них, где была изображена ирландская арфа, стояла дата 21 октября.
— Десять дней назад, — я разглядел смазанные цифры и посмотрел на тетю. — Сдается, поездку можно отменить. Он наверняка уже помер и всё успели поделись без меня.
— Сегодня звонила туда. Твой дядя ещё жив.
Я молчал, соображая, что теперь с этим делать.
— Если ты готов, то ехать надо срочно, — заметила Цецилия, видя сомнения на моём лице.
— Думаете, стоит? Насколько помню, род моей матери, хотя и достаточно древний, давным-давно обеднел.
— Так и было до недавнего времени. Но я навела справки. У твоего дяди огромное состояние. В Эмдене можно нанять лодку.
— Лодку?
— Так безопаснее.
Я уставился на тетю. Безопаснее? На лодке по ноябрьскому морю? Особенно после сегодняшнего. Меня передернуло от воспоминаний про жеребца, пытавшегося меня утопить.
— Думаю, ради такого случая можно «разориться» на самолет. Кстати, что с моими финансами?
— Уже утром ты получишь полный доступ к своему банковскому счету.
Она достала свою сумочку, извлекла оттуда кожаный мешочек, протянула мне.
— Это тоже твое. Точнее часть. Остальное в банковской ячейке.
Мешочек весил прилично, я ослабил шнурок, увидел там штук тридцать золотых монет, ходивших во Фризской гильдии магов. Уставился с изумлением на Цецилию.
— Откуда у вас? Вы были в Гильдии? — спросил я, продолжая с подозрением глядеть на неё. — Туда низших магов не пускают.
— Этим золотом расплатились за лошадей. Многие высшие хотели их приобрести.