— Судьба уже изменилась. Я удочерю Полину, возьму тебя замуж, и ты поменяешь фамилию, станешь совсем другим человеком, частью другого рода. Родись ты мужчиной, дела были бы куда более плачевными. Мужчина и мальчик, как бы ни желал, он род сменить не может. Как наш граф будет сам тянуть это бремя.
Он ещё крепче прижал меня, и стало слишком жарко, но больше я не оттолкну его.
— А ты? Твоя колдовская сила не опасная?
— Если просить что-то эдакое — то опасная, но я живу своим умом, особо на магию не полагаюсь, к себе строг, тебя обожаю, дочку твою люблю, Ольга — подвижница великая, а я ей помогаю. Держусь на свету, в тень не заступаю.
— А клад мужа? Я ведь знаю, где он спрятан.
— Можем откопать, возьмёшь то, что тебе принадлежит по праву, остальное на благое дело пустить. Всё просто если не жадничать.
Улыбаюсь его серьёзности, всё-то у него просто и ясно, и оттого так спокойно, никаких дурацких сомнений:
— А я очень жадная, такая жадная, что не хочу упускать ни одной минуты, ни одного поцелуя…
— Ах, ну если та-а-а-к, то я вообще скряга.
Боясь навредить мне, приподнял, осторожно прильнул к моим губам, и я ответила, так нежно и жарко, как когда-то целовалась со своим бывшим мужем Серёжей, но он таких поцелуев не заслужил. Зато теперь есть ценитель, уж как Архипа проняло, как его взбодрило моё нежное откровение.
Но увы, к нам вломился адвокат Фридрих и, кажется, даже не заметил интимного момента, завопил:
— Поздравляю! Вы свободны. Судья, не без моего участия, согласился досрочно рассмотреть дело о разводе, синод тоже подписал бумагу, вас развенчают. Послезавтра назначено слушание по делу о преступлениях вашего мужа, есть там, за что его надолго упечь, но, кстати, хочу предупредить. Гражданский брак вы можете заключить, хоть завтра, а вот венчание через год, таков закон.
Это он опомнился, заметил, что мы так и стоим, обнявшись, внёс свои поправки в наше дело.
— Спасибо, а сколько мы вам должны?
— Граф всё оплатил, с ним Ольга Михайловна работает. Он ей премного благодарен за помощь, так что не извольте беспокоиться. Всё будет хорошо. Ну вот тут ваш вензель поставьте, и я побегу, дела-дела!
Пришлось освободиться из жарких объятий жениха и расписаться, собрать бумаги из архива и отдать адвокату, он обещал занести по дороге и сдать.
Прошлое окончательно отпустило.
Почти отпустило. Осталось решиться, стоит ли нам откапывать клад, или нет.
Через три дня крепких раздумий я решила:
— Милый, я думаю, что клад надо забрать. Поясню почему. Я вижу, что он находится в старом доме, который рано или поздно снесут, деньги найдут и ума богатству не придадут. Или дружки Назара могут забрать и вообще пустить деньги на зло. А мы люди ответственные, и распорядимся правильно. Деньги заберём, и себе поможем, всё же ферму надо развивать, раз решили. И Ольге Михайловне на доброе дело, она и больницу улучшит, и сможет ещё врачей нанять.