— Будь осторожней, — прищурилась распорядительница и отошла на радость Коре. — Комнаты распределены по номерам. Твоя последняя. Десятка, — усмехнулась она и повела Кору в самый конец темного коридора.
Стены синие, краска на них давно облупилась. Влажностью моментально пропиталась одежда. Кора вскинула взгляд и с удивлением обнаружила на потолке капли воды, а по углам черную плесень.
Когда здесь делали ремонт в последний раз, Кора не осмелилась спросить.
— Располагайся, — немного высокомерно произнесла распорядительница, отперев дверь бронзовым ключом. — Не потеряй, — и вручила его Коре.
— Спасибо, — поблагодарила она, убирая ключ в карман нежно-зеленоватого с оттенками морской волны парчового платья.
Кора сшила его сама. Впрочем, она все шила сама. Для всей семьи. По крайней мере, в одежде они не нуждались.
Комната… немногим отличалась от ее собственной. Две кровати, пространство поделено пополам ширмой, но на ее половине окно и рабочий стол со швейной машиной.
Кора поставила чемодан и подошла к манекену. Сняла с него «сантиметр» и улыбнулась.
Невозможно поверить в то, то у нее получилось!
Провела рукой по идеально-застеленному покрывалу, понюхала розовые пионы в вазе и посмотрелась в зеркало.
Зеркало было… антикварным. Местами потертая рама, трещина в самом низу. Узор, весьма… необычен.
Кора тронула завитушки, провела по одной пальцем, обрисовывая и даже залюбовалась, ощущая холод металла. А отражение улыбалось вместе с ней. Рыжее, правда мама говорит, что это не рыжий, скорее медово-медный, а лицо серьезное такое, немного испуганное и недоверчивое. А глаза большие как у Лизи, разве что не голубые…
В малом торжественном зале участницы уже собрались и разбились на стайки, ведя активные беседы. К колонам жались обозреватели: тощие с горящими глазами, готовые сорваться в любой момент и ухватить сенсацию. Самая молоденькая из них, в штанах мужского кроя и свободной рубахе, что было дико вульгарно и… неприлично, направила кристалл на Кору.
Щеки вспыхнули румянцем, и Кора села в стороне, спиной к обозревателям, к их аппаратам для запечатления, но так, чтобы видеть пьедестал величеств.
С другой стороны зала… тоже девушки. Но они… отличались. Незаурядной внешностью, очень эффектной, надо сказать, и ростом.
У красавиц были длинные волосы и тонкие струящиеся платья, что обнимали фигуру, выгодно ее подчеркивая. Лица девушек, словно вылеплены из воска, гладкие и шелковистые на вид. На груди каждой была карточка с номером.
— Ее Величество Элаиза Ренар и ее фрейлины леди Лорэн и леди Надин, — громогласно объявил церемониймейстер, и внезапно заиграла музыка.