К закату погрузка была завершена полностью, и мы тоже могли занять свои места в пассажирском вагоне. Том же самом, в котором мы ехали сюда. Только состав пассажиров был другой. Кроме военных искусствоведов, графа и меня, остальные были сплошь незнакомые рожи. Ехать нам предстояло всю ночь.
Подали ужин когда поезд тронулся. Сосиски с овощным гарниром, булочки, сливочное масло, джем, вареные яйца. Без изысков и высокой кухни, чисто по-солдатски. Время голода для немецкой армии еще не настало…
Остальную дорогу предполагалось, что пассажиры будут спать. Откинув спинки сидений и накрывшись одеялами. После геройств вчерашней ночью меня это более, чем устраивало. Как раз можно было отоспаться, потому что в Пскове у меня еще масса дел…
Я отрубился, не успев даже додумать до конца эту мысль.
…на кухне что-то аппетитно шкворчит на сковородке. Хорошая девочка. Ортодоксальная такая. С ее появлением у меня в квартире воцарился идеальный порядок, а вкусные завтрак-обед-ужин стали практически обыденным явлением. Как ее звали? Имя еще такое экзотическое… Дарина, кажется.
— Саша, ты уже проснулся? — раздался ее веселый голос с кухни.
— Почти, — отозвался я, потягиваясь.
— Поехали в Пушкин сегодня, — кудрявая голова девушки заглянула в спальню. — Там открыли выставку золотого и серебряного столового серебра!
— Пока звучит не очень завлекательно, — хмыкнул я. — Что в посуде может быть интересного?
— Ну, Саааашка! — укоризненно протянула она. — Мы же вчера с тобой эту историю обсуждали!
— Историю? — я зевнул и сел на кровати. Спустил босые ноги на прикроватный коврик. Тоже Дарина приволокла. Навела уют везде. Почему я на ней не женился?
— Вот тебе здравствуйте! — девушка появилась в дверях целиком. В фартучке поверх крохотной шелковой пижамки размером чуть больше крыльев бабочки. Мысли мои как-то сразу двинулись в известном направлении, на всякие там истории с грузовиками в голове места не осталось. Я протянул к ней руки, но девушка ловко увернулась и достала из кармана фартука смартфон. Потыкала в кнопки. — Ну вот же! «На строительной площадке жилого дома был обнаружен крупнейший клад… — прочитала она. — Под завалом разрушенного производственного корпуса обнаружили немецкий грузовик времен Великой Отечественной войны, груженный ящиками с драгоценной кухонной утварью из самых различных коллекций. Наши историки пришли к выводу, что „Бюссинг“ перевозил награбленное в Екатерининском дворце…» Неужели не помнишь? Ай-ай!
— Награбленное, говоришь… — пробормотал я, утаскивая ее в кровать.
— Сашка, яичница же подгорит! — Дарина отбивалась, но неубедительно. — Так мы поедем сегодня в Пушкин?