И Митьки опять нет.
— Вот какое дело, Саша… — начал, наконец, Степан.
Лисья морда рассказал, о том, что того пшека, о котором говорил Митька, они давно заприметили. И личность он более, чем мутная и опасная. Но вдаваться в подробности того, почему были сделаны такие выводы, не стал. Уточнил только, что Митьку по его приказу захомутали. И, что пшек этот Лазарю Ивановичу угрожал, что если тот документы как надо не сделает, то Митьке лицо поправят, чтобы он не так криво ухмылялся, как сейчас… Но это явно было не все. Видать, этот Оглобля моей троице уже немало крови попил, просто рассказывать им про это не очень хочется.
— В общем, вот какое дело у нас, Саша, — лисья морда подался вперед. — Если бы с пшеком вдруг случилось какое-то несчастье, то мы бы за это очень недурно заплатили…
— А сами что же не разберетесь? — спросил я.
— Так ведь не по этой части мы, Саша, — лисья морда развел руками. — В карты до смерти не заиграешь…
— И где я его искать буду? — хмыкнул я.
— О, а вот об этом не беспокойся, — лисья морда расплылся в улыбке. — Пшек три лежки в Пскове себе устроил. И все три мы уже вычислили…
Из придорожных кустов показалась голова Митьки. Он замахал мне рукой, и я продрался к нему сквозь пыльные листья.
— Этот что ли дом? — спросил я шепотом, кивая на кособокую одинокую избу почти на границе леса. — Заколоченный какой-то, необитаемым выглядит…
— Этот самый, дядя Саша, — закивал Митька. Ох и страшная же у него рожа все-таки… — И пшек сейчас там, полчаса назад зашел и не выходил.
Первый раз за все пребывание здесь буду участвовать в криминальных разборках. Что за птица этот пан Оглобля? Простой криминальный авторитет? Или за ним стоит кто-то покруче? Похож на банального бандита, который не поделил территорию с бандой часовщика. А я кто получается сейчас? Киллер? Даже не мститель. Хотя, если пшек курировал Шныря, который нас с Наташей хотел порешить, то если подумать, то личные счеты у меня к этой таинственной личности имеются. Не просто же так они хотели кинуть партизан. Явно с одобрения этого самого пшека. Так что, не вижу ничего зазорного, чтобы очистить город еще от одной очередной мразоты. Много их сейчас развелось в Пскове. Кому война, а кому… Мать их за ногу.
Я нащупал за пазухой нож. Пистолет брать не стал, все-таки глушителя у меня нет, а дело надо было провернуть без шума и пыли, город все-таки, хотя и окраина. Да и Митька, если что на подхвате. Его отрядил Лазарь Иванович не только проводником побыть, но и в помощь. Сам он со Степаном мокрые дела не любил. Как говаривал часовщик, сила их не в руках и оружии, а в голове. А вот Митька, после того как его в подвале барака Шнырь с дружками пытал и голодом морил, зуб точил на всю эту шайку. Отомстить шибко хотел, вот только все его мучители уже отошли в мир иной без его участия, и единственный кто еще топтал грешную землю, был поляк, на которого Митька и сконцентрировал весь свой праведный гнев. И рукоятку ножа он стискивал так, что костяшки побелели.