– Мы должны передать это твоему брату, – уверенно заявил Дарий, осторожно садясь на траву.
– Мы должны бежать, пока бабушка не прознала о случившемся, а она прознала, будь уверен.
– Тогда мы тем более должны поспешить к Митрию и передать письма. Это может спасти множество жизней.
Швырнув тубус в сторону, Нарья взвилась на ноги, зашипев разъярённой гадюкой.
– Зачем? Тебе не плевать на Митрия? На княжество?
– И князь Митрий, и само княжество – это часть тебя, а на тебя мне не наплевать, – глядя в глаза, спокойно отозвался он.
Отступая, Нарья покачала головой. Тепло в душе погасло, и тело охватил холод. Заметив это, Дарий поднялся и неловко, одной рукой, снял с себя тунику, протянув Нарье. Ткань зашипела от быстро испаряемой воды.
– Объясни мне! – хватая её и заворачиваясь в тёплую одежду, приказала Нарья. – Я совершенно не понимаю твоих действий! Ты уехал за границу, стал там хорошо жить и вдруг вернулся? Чтобы посмотреть, как я выхожу замуж, предупредить, что мужу моему нет доверия, а после лезть с поцелуями? – выглянувший в этот момент из воды водяной понятливо ушёл на дно, у Дария такой возможности не было, и, глядя в эти участливые печальные глаза, Нарья лишь ещё больше разъярилась: – Да какое тебе дело до Митрия и княжества?! Ты – чародей Капитула, вы существуете вне княжеской или королевской власти! Вы не должны в неё вмешиваться!
К вечеру они добрались до излучины реки, где та делала большую петлю вокруг холмов. Было решено пройти через лес напрямую. Прошлый разговор разбередил душу. Дарий шёл легко, казалось, и не помнил произошедшего, но Нарья заметила, что он избегает её взгляда.
Больно, должно быть, признаться в чувствах и получить в ответ удивление. С другой стороны, на что он рассчитывал, они ведь не виделись толком…
Теперь уже Нарья, раздражая саму себя, тяжело вздыхала, пытаясь понять, что делать со всеми этими мыслями и непонятными чувствами.
Бабушка учила, что чувства – очень полезный инструмент. Влюблённость, страсть – всё это словно штурвал в руках мудрой ведьмы, способной направить человека в нужное ей русло. Нянечка Агафья сказала бы, что чужие чувства следует беречь и откликнуться на них, даже если сама ничего подобного не испытываешь.
Оба варианта казались Нарье отвратительными.
– Давай остановимся тут на холме, – указал на тёмный ельник Дарий. – Костёр разжигать не будем, он может привлечь чужое внимание, а нам сейчас этого не нужно.
Вместо ответа Нарья кивнула.
Непривычная к долгим переходам, она опустилась на траву прямо где стояла, с усталым вздохом вытянув ноги. Стащив ботинки, она помассировала ступни. Дарий предупредил, что обращаться в птиц опасно, особенно сейчас, когда чародеи Капитула их ищут и будут отслеживать малейшие всплески магии. И всё же она предпочла бы рискнуть и лететь, пусть и не так далеко, как хотелось бы, чем идти, натирая мозоли.