Вдова хотела попросить его о пощаде, но не смогла произнести ни звука. Из его железной хватки нельзя было вырваться, и вскоре женщина бездыханной упала наземь. Утром её… там нашли мертвой, с выжженной отметиной монеты на белом-пребелом лбу. А только, братья, на этом история не закончилась. Бывает в дождливую ночь, вот как сегодня ночью, все они сходятся в нашем костеле «На прадле». Монах погоняет козлов, которые везут его тележку, а вдова пытается досчитать свое золото.
Козлы доезжают до этой двери и стучат в неё рогами…
Бум. Бум. Это был не стук, это был грохот.
Событие сорок девятое
Мемель был огромен. Даже больше Владимира, наверное. Хотя это не точно. Сама крепость находилась на левом берегу реки Данге и была совсем новенькой даже не так, старую деревянную крепость уже снесли, а новую каменную ещё не достроили. Стены и башни, все пять уже построили, а вот замок внутри ещё под крышу заведён не был. Как там бедняги члены капитула, в который входили шесть братьев Ливонского ордена обитали без крыши, Емеля Осипов мог только догадываться. Хреново обитали. Эвон, дождь этот нудный третий день идёт, почти не прерываясь, даже на обед и ужин. Прохудилось небо над этим местом, и не спешат серафимы шестикрылые и прочие ангелы помельче дыру эту заштопать.
На правом берегу Данге или Дане раскинулся широко посад и порт. Два даже порта. Один мелкий для рыбачьих посудин и речных маленьких плоскодонных корабликов, а дальше морской порт с несколькими приличными купеческими кораблями. Ещё дальше и вдоль берега реки, и просто вокруг, разбросаны несколько больших и маленьких селищ. В одном из них Емеля и решил остановиться со своим отрядом. Тут же был разыскан человек, который умел мычать с использованием русских слов. Медленно как-то говорил, словно раздумывает над каждым словом. Он-то и поведал обо всех этих названиях, а ещё о том, что да, господин рыцарь, войско ушло, и теперь в замке мало кнехтов осталось. А в посаде есть кафедра имени Святой Марии или храм высшего ранга и центр епархии, в которой находится резиденция епископа Курляндского Эдмунда фон Вёрта (Edmund von Wörth). И Их Высокопреосвященство сейчас за главного в городе. Войск-то? Да, мало. Скоко? Ну, может сотня, а может и две полусотни, господин рыцарь. Мост-то? Конечно охраняется, господин хер рыцарь. Людей-то? Так четверо когда, а когда и шестеро. Телега? Знамо дело есть телега хер господин. Ворота? Ворота открыты, господин хер рыцарь. Стража-то? Так, понятно, стража-то. Скоко? Да четыре. Али восемь? Епископ-то? Ох епископ-то богат. Девок любит толстых. Как любит-то? Ну, я не знаю, по-всякому любит, и так, и эдак любит, но больше, наверное, эдак… Не я не видел. Вита видела, жена старосты. Она пока молодой-то была, так у епископа была в услужении, а как понесла от слуги Господа, он её пожалел замуж-то за старосту вдовца и выдал. Как есть рыжий-то сын-то. Весь в Его Высокопреосвященство-то. Вот она точно знает, как епископ девок толстых любит так или эдак. Вы у неё спросите, ежели интересуетесь. А чего вы интересуетесь? Чего вам интересно, как он девок любит, вы-то как сами любите? Мне-то? Понятно, интересно.