— Нету нечистому в храм Господин пути, — безапелляционно рыгнул доминиканец и запил благородную отрыжку приличным глотком вина, — кислое вино у тебя, брат Рубио.
— Один паломник на днях бочонок привёз, не выбирал, чего поднёс, то и есть. Он между прочим… Ну, да племянник деверя брата той особы, про которую я вам талдычу. Не верят они. Вот слушайте, как было. И было это лет двадцать назад вон за той дверью. Мне это лично рассказывал святой отец Варфоломей — бывший… — буль, буль, буль, вино проникая в горло отца Рубио дёргало за кадык и мешало связной речи.
— Там? — епископ перекрестился троекратно.
— Там. У нас в Мала Стране жила одна вдова купца, и славилась она, Ваше Высокопреосвященство, своей скупостью. От купца ей остался сундучок с золотом. Ик. Говорят тяжёленький. На всю жизнь ей бы хватило. Ик. И конечно, разменяв золотые на медь и серебрушки, она могла бы помогать нуждающимся, сирым и убогим. Но вдова отгоняла нищих от своих дверей, не хотела дать им ни самого маленького медяка. А ещё она вечно боялась, что этот сундучок с золотом у неё украдут. Из-за этого вдова решила перенести сундучок в костел святого Иоанна «На прадле». Прямо сюда. Уж в церкви, решила она, деньги у неё не украдут. Она тайком припрятала там свое сокровище, в том пристрое, — отец Рубио, вновь ткнул рукой в направлении двери, только вот забыл, что держал ею кружку с вином, кружка дёрнулась вместе с рукой и часть вина пролилась на стол, оставив на нём чёрно-красную лужицу, как кровь прямо. Это пятно придало дальнейшему рассказу дополнительную таинственность и мистицизм даже, — А так как вдове хотелось, чтобы золото было под присмотром, решила она, что в церкви и переночует. Ночью перед вдовой появился загадочный монах на тележке, запряженной двумя черными козлами, и попросил у нее одну золотую монету.
Увидев чёрного монаха и этих чёрных козлов, купчиха испугалась, однако не захотела ничего отдать. А ещё она боялась всегда, что у неё может попросить золото тот, кому она отказать не смеет, и она подготовилась, заказав ювелиру несколько фальшивых золотых. И вот сейчас её предусмотрительность оправдалась, она с кислой рожей подала монаху фальшивый золотой. Чёрный священник в длинном черном капюшоне что-то пробормотал и с грохотом уехал в своем козлином экипаже.
Женщина не сомкнула глаз до самого утра, сидела в обнимку со своим сундучком и всё думала о странном незнакомце. «Повезло мне, что я так ловко от него отделалась», — твердила она себе уже в сотый раз.
Дождавшись утра, она выскочила из этого костёла и побежала домой, а ночью опять пришла ночевать сюда… Туда, — отец Рубио опять махнул рукой на дверь, — И знаете, Ваше Высокопреосвященство… — монах поднял кружку над головой, — на следующую ночь он явился снова, и его лицо под чёрным капюшоном не предвещало ничего хорошего. Вдова собиралась опять всучить ему какую-нибудь фальшивую монету, но чёрный монах молча схватил ее за горло.