И не всё ещё. Король Шаробер венгерский ведь приказал долго жить. Вот его жена, родив второго сына уже мертвому королю пока отходила от родов и известии, что стала вдовой потеряла сына. Впрочем, как и первого. Оба не прожили и недели. Собралась дочь Локетека и королева Венгрии и сбежала к матери. И тут оказалось, что вдова Карла I Роберта Эльжбета или Елизавета тоже может чуть утешить свое горе цветными бусами.
И опять не всё. Старшая дочь Локетека и Ядвиги — Кунигунда — жена князя Бернарда Свидницкого прибыла на побывку в отчий дом, пока муж прибирает к рукам наследство после скончавшегося скоропостижно брата.
И даже тут не всё. Ещё есть новенькая с иголочки жена наследника Казимира, женившегося на Анне, дочери короля Германии Фридриха III Габсбурга. И ей бусики из цветного стекла с не менее цветными кляксами понравились. И ей надо.
Коваль, приведённый под руки в замок на горе Вавель стал доставать бусы из сундука. Началась драка. Ну, почти. Оказалось, что бус хватит всем и даже остан… нет, ведь у обоих королев и двух княгинь есть свита. И вот ведь чудо, все они хотят такие бусы.
— Триста шестьдесят дукатов? — подпрыгнул король Локетек.
— На рынке я продавал дороже, Ваше Величество.
— Ох, Матка Боска. За что ты окружила меня одними жёнками⁈ Ладно я прикажу чтобы тебе выдали… А скажи мне купец… Скажи мне… Вот если я закажу моему родичу и твоему князю большую партию таких бус… да очень большую партию, продаст ли он мне их… за половину… Ладно за две трети цены, которую получил ты?
Терёха, он купец, а не дурень. Зачем королю большая партия, понятно. Там в немецких землях, на Западе полно княгинь, герцогинь, королев и прочих кюрфюстердам, и всем им понравятся бусы, и если их будет продавать управляющий короля Владислава, то он не только отобьёт затраты на своих женщин, но и большую прибыль получит. И это явно будет на пользу и Андрею Юрьевичу. Пусть и не полная цена, но она в разы больше себестоимости, и есть постоянный заказ, и не нужно тратить деньги и силы на сопровождение караванов в немецкие земли, кишащие разбойниками. Там лихих людишек больше, чем самих немцев. Пусть у Локетека об этом голова болит.
— Да, Ваше Величество, думаю, что я сумею уговорить князя Владимирского на это. Мои пять процентов за доставку бус в Краков.
— Три.
— Четыре.
— Три.
— Пять.
— Так и быть, четыре процента твои. Немедленно выезжай во Владимир.
— У меня там ковры, гобелены, мечи, сабли.
— Так что же ты молчишь, пся крёв?!! Немедленно вези всё сюда!
Ляхами не ограничилось. Буквально всем бусы понадобились. Один за одним идут к нему бояре и просят сделать для жены или дочери, а чаще и для жены, и для до… дочерей. А их бояр-то двадцать пять человек.