Я иду, уставившись в снег перед своими стоптанными ботинками, но вижу лицо того, кого он мне предлагает в мужья. Мастера Орвика, такого же дорогостоящего зельевара. Вдовца.
Шепчутся, он забил до полусмерти свою первую жену. Я слышала на рынке. Что видели у неё синяки, да и ходила вся тихая и подавленная. Но он же искусный зельевар. Ему не сложно скрыть преступление.
— Сплетни! — отмахнулся мастер Генрих на мои слова. — Его жена болезненная была. У Орвика солидная лавка и два подмастерья. Даника, не глупи! Будешь как сыр в масле кататься.
Но в глазах его я чётко прочитала: «спихну сиротку замуж, избавлюсь от обузы и получу хорошие связи».
Да, я сирота. Родителей никогда и не знала. До восемнадцати жила в приюте при Гильдии магов.
Пошла бы работать в гильдию, но меня не взяли. Говорили, что из меня не выйдет даже мага-подсобника.
И вроде как и дар-то у меня сильный. Но странный. Моё присутствие иногда портит концентрацию зелий, заставляет мутнеть магические кристаллы. А ещё случается, что рядом со мной даже простейшие чары дают осечку.
Но я и сама была рада не идти в гильдию. Потому что ко мне слишком часто заглядывали молодые маги-практиканты, а то и солидные мастера.
Они говорили, что я слишком красивая, чтобы здесь прозябать. Но никто ничего достойного не предлагал. Только в любовницы звали. Сулили покровительство. А кто-то, без церемоний и лишних слов, сразу руки пытался распускать.
Меня защищала только моя странная магия. Стоило ко мне прикоснуться… что-то со мной случалось. Их собственная магическая аура, их внутренняя сила возле меня словно затухала, становилась вязкой и неприятной. Они начинали чувствовать себя пустыми, обесточенными.
Это я узнала, случайно услышав разговор. Мол, такая красивая. Обсуждали мои яркие аметистовые глаза, а ещё густые и длинные чёрные волосы, которые так и хочется потрогать и намотать на кулак. Мою тонкую фигуру с пышной грудью, изящные соблазнительные изгибы и грациозные движения.
Я краснела, охваченная страхом, и слушала, как они похабно обсуждали, что именно и в каких позах делали бы со мной. Дело за малым: найти способ обойти это странное ощущение, едва ко мне приблизишься. А пока что не присвоить. Но способ надо искать. Слишком хороша.
После этого разговора я старалась стать ещё незаметнее. Моя неправильность стала моим щитом. Только надолго ли? Поэтому, при первой возможности, не задумываясь, ушла.
Смогла найти работу. У старого Генриха. Он ворчлив, но честен в своем ремесле. Да, суров, требует от меня странного при подготовке некоторых зелий. Но всё же платит. И кормит. Хоть иногда.