Что нужно было ответить Милле? Я ненастолько хорошо знала Демида, чтобы понимать что у него внутри. В стрессовых ситуациях, которые благополучно устраивала я, он вёл себя непредсказуемо. Но здесь, не знаю. — Не думаю, что тебе стоит переживать, — мягко улыбнулась девушке. — Демид взрослый. Разберётся. — Не знаю, — тихо сказала Милла. К нам подошла Катя — с двумя платьями в руках и видом человека, у которого есть план. — Думала, я про тебя забуду? — спросила она, улыбаясь. — Нет, я не хочу, — сказала я. — Хочешь, хочешь. Выбирай. Белое в пол или чёрное короткое с пышной юбкой. Я посмотрела на платья. Потом на Катю. — Чёрное, — сказала я. Катя просияла и протянула мне платье. Я взяла его, посмотрела на Миллу — но та уже отвернулась, Окси что-то говорила ей про следующий кадр, и Милла уже улыбалась, уже была там. Я встала и пошла переодеваться. Фотосессия получилась громкой и цветной. Окси командовала, мы слушались — почти. Катя спорила про каждую позу, Милла делала всё по-своему и при этом выходила лучше всех, я просто делала что говорят и старалась не моргать в самый неподходящий момент. Дым расходился красиво — именно так, как я рассчитывала. Градиент лёг на подолы мягко, без резких пятен. Окси присела, поймала угол, и я краем глаза увидела на экране, как это выглядит, — и даже немного загордилась. Когда меня отщёлкали, я отошла в сторону, накинула куртку и достала телефон. Посмотрела на контакт Демида. Редко писала ему сама. Звонила — тем более. Но беспокойство Миллы было заразительным. — Стопроцентная обратная связь — говорил он мне. Посмотрим, — сказала я вслух, нажимая вызов. Гудки шли долго. Я уже почти решила, что не возьмёт, — но он взял. — Что-то случилось? — спросил он. — А где привет? — Привет. — Пауза. — Тебе стало скучно? — Мы почти закончили с фотосессией, — сказала я. — Просто хотела узнать, как ты. Он помолчал секунду. — Нормально. Я слышала в фоне шум — не то музыку, не то просто улицу. Он был где-то на ходу. — Ладно, — сказала я. — Тогда всё. — Стой, — сказал он. — Ты там нормально? — Да, — улыбнулась я. — Если хочешь, отправлю фото с фотосессии. Он хмыкнул. Коротко. Но я услышала. — Отправь. Посмотрю. Мне пора. Он отключился. Я отправила Демиду фотографию и убрала телефон. Обернулась и пошла к девчонкам. Мы собирали вещи, когда Артём вошёл в бокс. Милла, увидев его, побежала и запрыгнула ему на руки — будто они не виделись вечность. Я смотрела на них и думала о нашем с Демидом только что состоявшемся — или не состоявшемся — разговоре. Сухим по сравнению с этим. — Стой, тут же люди, — громче чем нужно сказал Тёма, уворачиваясь от поцелуя Миллы. — Тут ведь Софи, а не Демид, — сказала Милла. Артём поцеловал её и опустил на землю. Я улыбнулась и отвернулась. Мы с Катей уехали первыми. Тёма остался — отключал настенные котлы. В машине было тихо. Катя листала фотографии на телефоне и что-то тихо восклицала. Я вела и смотрела на дорогу. Другая динамика. Другие люди. Я подумала о его голосе в трубке. О том, как он сказал «нормально» — коротко, без лишнего. И о том, что всё равно спросил, как я. Может, это и есть его способ. Наш способ