Смирнов только кивал, не пытаясь перебивать, и тут же при мне начал перекладывать бумаги из одного планшета в другой. Я между тем продолжил инструктаж.
— Следующее: если я потеряю сознание, передай врачу, который будет мной заниматься, что если он ампутирует мне раздавленные ноги, умрёт без вариантов. Я найду, как его уничтожить, и я сейчас не шучу. Чтобы там кто ни говорил, реши вопрос, чтобы обошлось без ампутации, очень тебя прошу. Даже если все будут говорить, что, если не отнять ноги, я умру, не верь и не соглашайся на ампутацию, это принципиальный вопрос. Ну и последнее: сохрани жизнь диверсантам, которые навели на нас самолёты, они должны дожить до момента, когда их допросят в Москве, при любом раскладе.
Выпалив все это на одном дыхании, я почувствовал, что уплываю или, говоря другими словами, вырубаюсь. Только и смог, что добавить:
— Очень тебя прошу капитан, не подведи меня…
Интерлюдия.
— Рассказывай, Лаврентий, почему в такой момент времени твоему Занозе попытались помешать? И вообще все по этой ситуации расскажи. Я, конечно, читал сводки, но это сухие строки, а мне нужны подробности.
— Пока, товарищ Сталин, подробностей нет. Известно, что перед запланированным наступлением на передовую к Захарову приехал его брат в сопровождении десятка сотрудников моего аппарата и охраны. Два человека из сопровождения брата оказались предателями, которые прибыли туда с целью уничтожения братьев. Один из этих двоих был радистом, который передал немцам координаты штаба Захарова, второй и вовсе наводил авиацию, пуская в сторону этого штаба ракеты, чтобы таким образом указать бомбардировщикам цель.Оба эти предателя были смертниками, и их взяли живыми, по сути, случайно. Немцы, похоже, в своём желании уничтожить Захарова бомбили не по конкретным целям, а по большой площади, и так получилось, что зацепили своих агентов. Не убили, но контужены они знатно, слишком близко к ним легли бомбы. Так получилось, что очень оперативно и профессионально сработала рота охраны тыла. Бойцы подразделения не только пленили диверсантов, но также обнаружили у них зашитые в воротники ампулы с ядом, благодаря чему мы теперь сможем допросить этих деятелей, они, кстати, сейчас находятся на пути в Москву. Я приказал доставить их самолётом, и есть все шансы получить интересующую нас информацию из первых рук.
На этом месте Берия попытался перевести дух, а Сталин велел:
— Результаты допроса передашь мне без промедлений. Что по наступлению?
— Перед началом операции Захаров, будто предчувствуя неприятности, провел совещание, на котором конкретно указал, кто должен командовать дивизией в случае его смерти или ранения, это его решение позволило довести задуманное до конца. Дивизией вместо него командовал полковник Гаврилов и справился с этим блестяще. Все наши специалисты, исходя из опыта противостояния с вермахтом, чуть не в один голос твердят, что это наступление не должно было увенчаться успехом. По их словам, у Захарова было недостаточно сил для прорыва блокады Ленинграда, тем не менее все получилось именно так, как было задумано изначально. Дивизия Захарова понесла огромные потери, но с поставленной задачей справилась. Сейчас уже есть информация, как это все было сделано, и эти сведения активно обсуждаются специалистами, которые с трудом верят в свершившийся факт.