— Илья, право слово, ты обидишь нас отказом! — горячился Пётр. — Мы стольким тебе обязаны! Багратион не брезговал у нас в гостях остановиться — а ты⁈
— Да неловко же, — отбивался я. — И вообще, я хотел к осени их совсем сюда перевезти, квартиру снять.
— Вот осенью и снимешь! А пока — на две недели, уважь! И тебя, конечно же, вместе приглашаем, не вздумай отсидеться в общежитии! Отец уже распорядился приготовить вам гостевые комнаты, и детскую, и для обслуги…
Пришлось согласиться. За своими я сам поехал — как обычно, вроде как на выходные, только назад возвращался не один. Видели бы вы глаза моей любезной, когда я сказал ей, что пожить её приглашают в особняке князей Витгенштейнов. Думал — выскочит с дирижабля!
Но, с другой стороны — будет время хоть привыкнуть к высшему свету, не станет на торжествах так стесняться.
Я, конечно, знаю, что дамочек оченно преображают все эти женские штучки, платья там, косметика, духи опять же… Но когда смотрел на то, как Сима вертится у зеркала, готовясь на девичник к Гуриели, отпускать её категорически не хотелось. Украдут ещё, такую красивую.
Сестры вместе с Дашкой сразу же затянули Серафиму в свой «змеиный кружок». Это, если что, не мои, а Петины слова. И пока няньки-мамки с Аркашкой по Витгенштейновскому саду гуляют — наши высокородные невесты утаскивали мою супружницу «на променады». А по-простому, по магазинам и лавкам шляться. Как пойдут — так сразу часа на три-четыре, а то на пять!
Она, к слову сказать, робко пыталась и меня на это действо подписать, но я вспомнил рассказы Ивана про магазины женского белья и наотрез отказался. Отбрехался занятиями! Это ж у обычных студиозусов каникулы — а у экстернов — шиш с маслом! Маленько на Пасху отдохнули — и учиться, учиться!
По-моему, Сима поначалу даже обиделась, но собственное психическое состояние показалось мне сильно важнее сиюминутных обидок. Тем более, что в первый же день за ужином она смеясь рассказывала, как они выбирали себе обувь. Кажной аж по три пары! СЕМЬ часов! Это же мозгой повредиться можно! Мужчина, ежели чего покупает: пришёл, посмотрел, понравилось — купил. А тут, по рассказам — цельное священнодействие! И, что самое поразительное, ни разу я в Симе подобной любви к покупкам не наблюдал, а вот надо ж ты. Надеюсь, это не на всегда, а то намучаюсь я в Иркутске с такими пристрастиями.
А ещё Сима, стесняясь, рассказала (это уже мне, да по секрету) что и Маша, и Соня, и даже Дашка очень интересовались всеми этими женскими замужними познаниями.
— И чего я им могу рассказать? А? Я — казацкая жена, а они княжны! Чай, во всех постельных утехах сами с мужьями разберутся! Не мне их учить!