Но если господин ректор пожелает в свой дом в Хальстатте красный пульсирующий светильник, то может лично отправиться на вершину Урату, пока драконы не очнулись.
Защитное поле работает, а вот смертельного излучения больше нет. Так что, при определенном везении и упорстве, а также мастерстве в заклинаниях, до той пещеры он все-таки доберется.
— Что ты сделала с артефактом, Брук Саммерс⁈ — изменившись в лице, прохрипел Моллен.
И продолжал меняться.
На это я подумала, что вот-вот увижу еще одну боевую трансформацию, и это будет не самое приятное в моей жизни зрелище.
Но Шоур был рядом, Адриан, Семен, Брендан, Идришш и Шерашш тоже. Смотрели на Моллена с таким видом, что до низложения ректора с применением магической и физической силы было недалеко.
— Камень цел, — пожала я плечами. — Лежит себе в пещере, но вреда он больше не причинит. Никому, Моллен!.. И вообще, советую вам завязывать с революционной деятельностью, до добра она вас не доведет. Я стану молчать, остальные тоже, но если Эрата Фар Арента продолжит мутить воду в Аренте или Адерашше, знайте, на нас может напасть внезапная словоохотливость. Да и в целом, ваше поведение довольно странное, так что за остальных из нашей команды я не ручаюсь.
За двух наших драконов, например. Они могли сложить одно с другим, а затем сделать вполне логичные выводы.
Моллен переменился в лице, после чего решил убраться из моей комнаты, тогда как мы дружно убрались из Даргеша.
Единственное, я посетила Дунканов перед отъездом. Не знала, когда мы увидимся в следующий раз и будет ли у нас возможность когда-либо встретиться. Севастусу не попасть в Аренту, а для меня дорога в Даргеш закрыта навсегда.
Парни поехали со мной — все, кроме Адриана и двух заносчивых драконов с переломами. Но тех никто и никуда не приглашал.
Перед нашим отъездом в дом Дунканов Адриан заявил, что он признает: Севастус может быть его отцом; голос крови и метка рода матери говорят в пользу этого. К тому же он слышал, как ругались родители, и причиной их споров всегда было прошлое его мамы.
Но для него отец только один — Инай Иварт, и никто другой. Даже если тот ему неродной.
В общем, отказался посетить Дунканов, но все же сумел принять ситуацию такой, какая она есть, после чего стал вести себя со мной как старший, умудренный опытом брат.
То есть продолжал меня изводить, но уже советами и своей сомнительной мудростью.
Заявил, что ему не слишком-то нравится мой выбор и что я, как победительница Большого Турнира и носительница Абсолютной Магии, могла бы сделать партию и получше. Как только мы вернемся в Аренту, он подумает об этом и предложит мне несколько кандидатов из самых благородных драконьих семей Аренты.