Надеюсь, отца не вызвали по неотложным делам куда-нибудь на другой конец королевства! Не знаю, что буду делать, если не застану его в нашем поместье в столице.
Он, как и отцы Эймонда и Колина, входил в малый совет короля. Так называемый золотой круг, магическая элита, заполучившая власть еще со времен победы над иными. Когда-нибудь и эти два оболтуса станут первыми лордами королевства и займут свое место рядом с именитыми родителями. Но не я.
Я всего лишь бастард. Незаконнорожденная дочь, о существовании которой молодой лорд Майлз Аль Морани даже не подозревал. Пока в шесть с небольшим лет у меня не открылся сильный, неконтролируемый дар. Я неосознанно сжигала все, чего касалась. И ненавидела себя за это.
Крики и оплеухи родителей никак мне не помогали. А когда всем вокруг стало понятно, что мать меня нагуляла…человек, которого я несколько лет называла папой, приказал от меня избавиться. Так я и оказалась в столице, на пороге огромного поместья.
Майлзу пришлось нелегко. Я была сложным ребенком со сложным даром. Пока мои ровесники развивали свою магию, я день и ночь училась сдерживаться.
Но мы справились. Через три года меня определили в школу для детей элиты, а отцу разрешили признать меня своей наследницей. Он называл меня маленькой принцессой и заставлял носить вычурные девчачьи платья…Я терпела, потому что любила его. Я не желала вышивать, и даже пони не хотела. Я хотела драться на палках с противным соседом Эймондом Блэкберном.
У ворот академии меня ждал неожиданный облом.
— Что значит, вы меня не выпустите? — опешила я, разглядывая мерцающую магическую преграду, наложенную поверх каменного забора.
— Приказ ректора, — лениво протянул охранник. — На время проведения соревнований ученикам запрещено покидать пределы академии. Такие правила.
— Но мне нужно домой! — несдержанно воскликнула я.
— Просите разрешения у ректора, — отмахнулся он. — Тогда выпущу.
Просить разрешения? Чтобы он мне голову открутил? Отличная идея!
Я круто развернулась и быстрым шагом направилась в канцелярию.
— К следующим выходных доставим, — произнесла дородная женщина, всовывая наспех написанное письмо в огромную стопку таких же.
— Так долго? — обессиленно уронила я. — Что случилось?
— Оба посыльных слегли с лихорадкой, — ответила она. — Так что, отправлять будете?
Ничего другого не оставалось. Если повезет, отец узнает о прорыве примерно за сутки.
Я вернулась в комнату и, как была в одежде, легла на кровать. Уставилась в потолок. Думай, Лорейн. Думай!
Итак. Я знаю, где и когда случится прорыв. Догадываюсь о мотиве и даже вычислила одного из исполнителей.…То есть имею все шансы помешать задуманному. Или хотя бы отсрочить…