Но, как назло, ничего путного в голову мне так и не пришло, поэтому я не нашёл ничего лучше, как забраться на неё и начать её тут же облизывать, лапая заодно повсюду дрожащими от волнения руками все её прелести. Отчего та испуганно пискнула и, воззрившись на меня горящим от такой наглости взглядом, с недоумением пропищала:
— Ты это чего?
— Ничего! Лежи спокойно, а то ты мне мешаешь сосредоточиться! — прохрипел я и запустил ей парочку пальцев в приоткрывшийся подрагивающий ротик её киски.
Замерев на мгновение, та видимо прислушалась на этот раз к моим словам, тут же изменила выражение своего лица на более благосклонное и посмотрев на меня уже с благодарностью, пропищав:
— У-ум! — тут же раздвинула наконец свои ножки и, согнув их в коленях, закатила свои глазки.
Через мгновение я уже запустил в дело и свой язык, поигрывая им с её замочком. Отчего её тут же понесло на небеса, и она через некоторое время, содрогнувшись несколько раз в конвульсиях от охватившего её оргазма и эйфории, судя по всему, взлетела на них окончательно. После чего, выждав пару минут, пока она вернётся оттуда и придёт немного в себя, я перевернул её на бок и, пристроившись сзади, начал заводить в её истекающую соком пещёрку постепенно уже и свой горящий огнём и пульсирующий от желания главный агрегат. Не каждый же день имеешь как хочешь целую королеву рептилоидок. Вот тут она, видимо, ощутив, что это такое забирается в неё, взвизгнула и засучила ножками.
— У-у-уй. Су-ч-чо-нок! А-ай! Ну-у в-сё с-су-чо-нок…
Правда, она тут же замерла и удивлённо воззрилась на меня, так как я тоже замер, нежно поглаживая её по одному аппетитному месту.
— Ты это чего остановился⁈ — подозрительно поинтересовалась она, чуть ли не вывернув себе шею.
— Жду, когда Ваша светлость выговорится! — заявил я ласково и тут же загнал ей своего дружка чуть ли не на полную катушку.
Отчего в её глазах вспыхнули сразу же искры, и, наверно, сожгли бы меня, если бы она не выгнулась от такого прихода дугой, забыв про всё на свете. После чего, сделав ещё несколько плавных движений в её очумевшей от избытка чувств киске, чтобы она во всю насладилась, я опять замер и стал ждать королевской милости. Так как она уже явно была на грани эйфории от вот-вот готового на неё обрушиться оргазма.
— Ты что, опять надо мной издеваться вздумал, сволочь⁈ — пропищала она уже обиженно и начала сама накручиваться на мой инструмент своим тазом.
— Да больно надо. Просто жду, когда ты созреешь, моё счастье! — заметил я снисходительно и, вытащив из неё своего дружка, тут же перевернул её на живот и, приподняв повыше попку, тут же всадил ей его опять, придерживая её за бёдра. Прямо в раскрытый и пышущий жаром алый лепесток вульвы, растягивая его по сторонам и проникая им всё глубже в её сочную пещерку.