— Что он сказал? — не выдержал я, когда движения горца стали медленнее.
— Он сказал, что не знает.
— Что? — недоверчиво переспросил я.
Ведь только что я все прочитал по его лицу.
— Абсолютно все горцы немые, — ответил чернобородый. — Это плата, которую они заплатили за бессмертие.
Значит на родственника Элаизы мне все-таки не выпала возможность наткнуться. Ладно хоть я встретил кого-то из ее клана. Это интереснее, чем читать заметки в библиотеке. Однозначно.
— Происхождение горцев никому не удалось узнать. Все бессмертные привыкли считать друг друга братьями и сестрами, — продолжал чернобородый.
— Значит неизвестно кем был отец Элаизы?
Немой некоторое время не отвечал.
— Через много веков безуспешных попыток понести королева начала соблазнять горцев, вопреки всем правилам. Один из нас, то есть из них, вполне может быть отцом девочки.
Я выдохнул. Запутанная история. Но теперь я хотя бы знаю, что к чему.
Элаиза — девочка-мираж, девочка-призрак…она действительно могла появиться на свет каким-то подобным образом. Родиться от бессмертной, но из-за нарушения законов природы ее способность вполне могла проявиться иначе. Как генетический код. Когда рождаются дети с физическими отклонениями у тех, кто нарушил эти самые законы. Только в мире магии. И теперь она обречена жить вечно, но в оболочке призрака.
Вот только вопросов не стало меньше. Появились новые. Например, как она может убивать горцев? Как она вошла в связь с коллекционерами душ? Неясно до сих пор, что от нее хочет Германн. И что ей известно о Втором Пришествии. Одно понятно точно. Если горцы защищали наш мир от тварей, которые копятся за завесой, значит именно они должны будут защитить людей снова. Когда история повторится. По крайней мере, они — одни из тех Воинов Света, о которых говорил Иннокентич. И что этим тварям вообще нужно на нашей планете?
— Когда Элаиза приходила ко мне, она рассказала о том, что монстры скоро вырвутся из-за завесы, — руки начали замерзать и я сунул их в карманы.
Глаза горца тут же прояснились. Он снова хотел схватить меня за плечи, не в силах сдержать эмоции, но вовремя остановился и сжал свои руки в кулаки. Снова повернулся к нашему неквалифицированному переводчику.
— Он спрашивает когда? — слегка дрогнувшим голосом проговорил Вася. — Когда твари ворвутся в наш мир?
Затем перестал смотреть на Иннокентича и принялся выражать уже свои собственные эмоции от услышанного:
— О чем мы вообще тут трещим? Надо звонить в милицию. В ОДКБ. Писать письмо императору.
— Я не знаю, когда это случится, — я не обращал внимания на причитающего. — Дядь Вась. А можете без паники? Лучше налейте себе еще и переведите мне то, что говорит горец.