Загвоздка была в том, что он не знал, в какой она комнатушке. Мэт подошел к первой, приоткрыл дверь и заглянул внутрь. На краешке узенькой кровати, сложив руки на коленях, сидела женщина Ата’ан Миэйр в сером платье. Большую часть комнаты занимали кровать и умывальник с тазиком, кувшином и крохотным зеркалом. На вешалке на стене висело несколько серых платьев. Провисшая серебристая привязь ай’дам отходила от ошейника на шее женщины к браслету, повешенному на крючок на стене. Женщина без труда могла дойти до любого уголка своей каморки. Маленькие дырочки от колечек в ее ушах и носу еще не успели зажить и выглядели сейчас как ранки. Когда дверь открылась, она испуганно вскинула голову, потом страх на лице сменился задумчивостью. И возможно, надеждой.
Мэт сразу, не сказав ни слова, закрыл дверь.
«Всех я не могу спасти, — с ожесточением подумал он. — Не могу!»
Свет, сама эта мысль была ему ненавистна.
За следующими дверями он обнаружил такие же конурки и еще трех женщин Морского народа, одна из них громко плакала на кровати, а затем — спящую светловолосую женщину. Последнюю дверь Мэт притворил так осторожно, словно пытался стащить пироги госпожи ал’Вир прямо у нее из-под носа. Может, эта желтоволосая и не шончанка, но рисковать Мэт не собирался. Еще дюжина дверей, и Мэт облегченно вздохнул и скользнул за порог, плотно притворив дверь за спиной.
На кровати, подперев голову ладонями, лежала Теслин Барадон. Двигались только ее темные глаза. Она вонзила свой взгляд в вошедшего Мэта. И ничего не сказала, только смотрела на него, словно хотела пробуравить дырку у него в голове.
— Ты засунула мне в карман куртки записку, — тихо произнес Мэт. Сквозь тонкие стены слышался женский плач. — Зачем?
— Элайда жаждет заполучить этих девушек не меньше, чем она жаждала палантин и посох, — просто сказала Теслин, даже не пошевелившись. В голосе ее слышалась суровость, но меньшая, чем ему помнилось. — Особенно Илэйн. Я хотела по возможности… досадить… Элайде. Сунуть ей палку в колеса. — Она приглушенно, с горечью рассмеялась. — Я даже напоила Джолин корнем вилочника, чтобы она не смогла помешать девочкам. И смотри, к чему это привело. Джолин спаслась, а я… — Ее взгляд скользнул к серебряному браслету, висевшему на крючке.
Вздохнув, Мэт прислонился к стене рядом с платьями. Она знала, что в записке — предупреждение для Найнив и Илэйн. О Свет, он так надеялся, что это не она, что сунул ту проклятую записку ему в карман кто-то другой. Все равно никакого толку. Они обе знали, что Элайда охотится за девушками. Записка ничего не меняет! На самом деле женщина и не пыталась им помочь, а просто хотела… досадить… Элайде. Он может выйти отсюда с чистой совестью. Кровь и пепел! Ему не следовало вообще разговаривать с нею. Но теперь, раз уж поговорили…