Найнив пробурчала под нос что-то нелестное о шончан — судя по всему, костерила их по-всякому. Потом громко заявила:
— Ладно, ая́не допущу, чтобы ты себя выжгла! Верни нить на место! Пока все не взорвалось, как говорила Вандене. Ты же всех нас убьешь!
— Ее нельзя вернуть на место, — сказала Авиенда, положив ладонь на руку Найнив. — Она начала и должна закончить. А ты, Найнив, должна сделать, как она сказала.
Брови Найнив поползли вниз. Она очень не любила, когда ей говорили «должна». Впрочем, дурой она не была, а потому, сердито поглядев на Илэйн, на переходные врата, на Авиенду, на мир вокруг, крепко обняла подругу — у той аж ребра затрещали.
— Будь осторожна, ладно? — прошептала Найнив. — Если ты себя убьешь, я с тебя шкуру заживо спущу! — Несмотря ни на что, Илэйн рассмеялась. Найнив фыркнула, отстранив ее от себя и держа за плечи. — Ты поняла, что я хотела сказать, — проворчала она. — И не думай, именно так и будет! Будет, — добавила она приглушенно. — Береги себя.
С десяток секунд Найнив собиралась с мыслями, моргала, натягивала голубые перчатки. Вроде бы в глазах ее блеснула влага, хотя того быть не могло; других Найнив доводила до слез, но сама никогда не плакала.
— Ну ладно, — громко сказала она наконец. — Алис, если еще не все готовы… — Повернувшись, она умолкла.
Все, кто должен был ехать верхом, даже Морской народ, сидели в седлах. Стражи собрались возле сестер; Лан и Бергитте вернулись, Бергитте с тревогой поглядывала на Илэйн. Слуги выстроили вьючных лошадей в колонну, а Родня терпеливо ждала, большинство — пешие, только старшие верхом. Часть лошадей, годившихся под седло, навьючили мешками с провизией и узлами с вещами. Те, кто взял вещей больше разрешенного — ни одна не принадлежала к Родне, — несли свои узлы за спиной. Стройная алтарка, та, что со шрамом, согнулась в три погибели под своей поклажей и зло косилась на окружающих, но не на Алис. Все, способные направлять Силу, уставились на переходные врата. Многие слышали слова Вандене о возможных опасностях и потому взирали на серебристую жилку, будто на гадюку.
Сама Алис подвела Найнив лошадь и придержала стремя. Найнив развернула кобылку на север, Лан на Мандарбе ехал рядом с выражением крайнего смирения на лице. Почему Найнив не осадила Алис, Илэйн не понимала. Послушать Найнив, едва перестав считаться девчонкой, она уже отчитывала женщин старше себя и ставила их на место по десять раз на дню. И в конце концов, она ведь Айз Седай — рядом с бугорком Родни это как гора.
Колонна двинулась в путь. Илэйн посмотрела на Авиенду и Бергитте. Авиенда просто стояла, сложив руки на груди; в руке она сжимала ангриал — фигурку женщины с распущенными волосами. Бергитте приняла поводья Львицы у Илэйн, намотала на руку вместе с другими — лошади Авиенды и своей собственной. Потом отошла к небольшому валуну, торчавшему из земли шагах в двадцати, и уселась на него.