— Нам нужно переправиться, — громко сказал Перрин, стараясь смотреть в сторонку.
Парочка и не подумала разжать объятий, правда, когда Перрин швырнул на паром золотую андорскую крону, перевозчик обернулся на звон запрыгавшей по палубе толстой монеты.
— Нам нужно переправиться, — повторил Перрин, вертя в руках вторую крону. Потом достал и третью.
Паромщик облизал губы.
— Мне придется искать гребцов, — пробормотал он, не сводя взгляда с ладони Перрина.
Вздохнув, Перрин извлек из кошелька еще две кроны — он помнил времена, когда сам при виде всего одной золотой монеты изумленно таращил глаза.
Паромщик подскочил так, что его подружка свалилась на палубу, и сбежал по сходням, на ходу заверив «доброго лорда», что сей же момент вернется с командой. Женщина крайне укоризненно взглянула на Перрина и с гордым видом, хоть и потирая ушибленную ягодицу, двинулась по причалу. Впрочем, отойдя не слишком далеко, она присоединилась к веселившейся толпе и, подхватив подол, пустилась в пляс. До Перрина донесся ее смех.
Конечно, толстяку потребовалось время, чтобы найти гребцов, но людей, падких на золотишко, оказалось достаточно, и в скором времени судно отчалило от берега. Стоя на палубе, Перрин поглаживал морду гнедого жеребца, взятого из конюшен Солнечного дворца. Перрин еще не успел дать ему имя. Ходоку конь и в подметки не годился, но на вид был довольно вынослив — настоящий трудяга.
Двуреченский лук со снятой тетивой был засунут сбоку под подпругу, а у передней высокой луки седла с одной стороны висел колчан со стрелами, а с другой — аккуратно завернутый в ткань меч Ранда. Фэйли вручила его Перрину молча, не проронив ни слова. Лишь когда он, поняв, что прощального поцелуя не дождется, отвернулся и собрался уходить, она нарушила молчание.
«Если ты падешь, — прошептала Фэйли, — я подниму твой меч».
Предназначались ли эти слова для его ушей, Перрин не понял, как не смог разобраться и в исходившем от Фэйли сумбуре запахов.
Следовало думать только о деле, но мысли о Фэйли не давали Перрину покоя. В какой-то момент ему показалось, что сейчас она потребует взять ее с собой, и сердце его сжалось. Отказать у него не хватило бы духу — после всех этих огорчений он не мог отказать ей ни в чем, но впереди его ждали шесть Айз Седай, кровь и смерть. Умри Фэйли — и он сойдет с ума.
Впрочем, он был близок к этому, когда Берелейн выразила желание отправиться вместе с ним во главе майенской Крылатой гвардии. К счастью, миг этот быстро пролетел — помощь пришла с самой неожиданной стороны.
«Если ты покинешь город, вверенный твоему попечению Рандом ал’Тором, — тихим голосом вмешался в разговор Руарк, — это породит множество слухов. Если ты вдобавок уведешь с собой все свои копья, слухов пойдет еще больше. Подумала ли ты, к чему могут привести все эти пересуды?»