— Лорд Перрин! — заорал мальчишка, перекрывая оглушительный лязг и крики. — Лорд Перрин!
Поначалу Перрин хотел и вовсе отмахнуться от мальца, но в конце концов прихватил его, как тот ни пинался, под мышку. Спутники засыпали троллоков стрелами. Вил воткнул древко знамени в землю, чтобы оно не мешало натягивать лук. Телл ухитрился изловить Ходока и привязал его поводья к своему седлу. Мальчишку надо отправить к другим детишкам на Лужайку, так что лучше всего посадить его на Ходока.
— Лорд Перрин! Послушайте меня, лорд Перрин! — верещал паренек. — Мастер ал’Тор велел передать, что кто-то напал на троллоков с тыла. Лорд Перрин, вы меня слышите?
Перрин, припадая на больную — не иначе как все-таки сломанную — ногу, торопливо ковылял к Теллу и не сразу сообразил, что ему говорят, но, когда понял, тут же остановился, сунул топор в петлю на поясе и, подняв паренька обеими руками перед собой, переспросил:
— Напал? Кто?
— Я не знаю, лорд Перрин. Мастер ал’Тор велел сказать, что они вроде бы кричат «Дивен Райд».
Неожиданно Айрам ухватил Перрина за рукав и молча указал вперед окровавленным мечом. Перрин проследил за его движением и увидел, что на троллоков сыплется град стрел. Сзади. С севера. Еще одна волна стрел взмыла вверх по дуге, приближаясь к своей верхней точке.
— Возвращайся к ребятишкам, — сказал он, поставив мальца на землю. — Ты молодчина, сделал все как надо.
Мальчуган расплылся в улыбке и припустил в деревню, а Перрин, кривясь от боли, заковылял к Ходоку. Каждый шаг горячей волной отзывался в ноге. Но у него не было времени беспокоиться об этом.
Схватив брошенные Теллом поводья, Перрин вскочил в седло — оттуда обзор был лучше — и ошарашенно заморгал, не в силах поверить, что увиденное ему не мерещится, что он не принимает желаемое за действительное.
На опушке леса, у вытоптанных троллоками полей, появились длинные ряды лучников в двуреченских фермерских куртках, осыпавшие троллоков смертоносным дождем стрел. Над их головами реяло знамя с изображением красного орла, а под знаменем, в центре строя, сидела верхом на Ласточке Фэйли. У ее стремени стояла Байн. Деву Перрин признал по черной вуали, но лицо Фэйли он видел отчетливо. Вид у нее был до крайности возбужденный, чуть-чуть испуганный и торжествующий. Она была прекрасна.
Мурддраалы попытались развернуть троллоков и бросить их на ополченцев из Сторожевого Холма, но тщетно. Повернувшие падали, сраженные стрелами, не успев пробежать и пятидесяти шагов. Один Исчезающий рухнул вместе с конем — их не двуреченцы подстрелили, а свалили копьями и затоптали впавшие в панику троллоки. Попытка троллоков отбить атаку с тыла заставила их отхлынуть от строя защитников Эмондова Луга, и у тех появилась возможность поднять луки. Теперь стрелы яростно посыпались на троллоков с обеих сторон. Троллоки падали. В их черных суматошных водоворотах исчезали упавшие мурддраалы. Битва превратилась в избиение, но Перрин почти не замечал этого. Он видел только Фэйли.