— Не слишком полагайся на авторитет Амерлин, — холодно отозвалась Морейн, — может, она и послала тебя выслеживать Лиандрин, но, какие бы грамоты ни были тебе вручены, ты всего лишь принятая, и, увы, чрезвычайно невежественная. Или ты собралась допрашивать их здесь вечно? Видно, у вас в Двуречье принято оттягивать принятие необходимых решений.
Глаза Найнив округлились, она открыла и закрыла рот, словно пытаясь сообразить, на какое из обвинений ответить прежде, но Морейн уже обернулась к Илэйн и Эгвейн:
— Возьми себя в руки, Илэйн. Не знаю, как ты можешь выполнять повеления Амерлин, если считаешь, что повсюду такие же обычаи, как у тебя дома. Не понимаю, отчего ты так расстроена, но нельзя допустить, чтобы твои чувства задевали других.
— Что вы имеете в виду? — спросила Эгвейн. — О чем вы толкуете, о каких обычаях идет речь?
— Берелейн побывала в покоях Ранда, — не сдержавшись, произнесла Илэйн дрожащим голосом. Она виновато глянула на Эгвейн. Да, не надо было выказывать свои чувства.
Морейн наградила ее укоризненным взглядом и вздохнула:
— Я не собиралась говорить тебе об этом, Эгвейн. И не сказала бы, а вот Илэйн позволила гневу на Берелейн взять над собой верх. В Майене обычаи не такие, как в Двуречье. Я знаю, Эгвейн, какие чувства ты испытываешь к Ранду, но тебе пора понять, что из этого ничего не выйдет. Он принадлежит Узору и истории.
Не обращая внимания на Айз Седай, Эгвейн впилась взглядом в Илэйн. Та хотела отвести глаза, но не смогла. Неожиданно Эгвейн приложила ладонь к губам и, склонившись к подруге, прошептала:
— Я люблю его. Как брата. А тебя — как сестру. Желаю тебе счастья с ним.
Глаза Илэйн расширились, на лице медленно расцвела улыбка.
— Спасибо, — растроганно пролепетала она. — Я тоже люблю тебя, сестрица. Благодарю тебя.
— Морейн ошиблась, она поняла все неправильно, — чуть слышно прошептала ей Эгвейн и в свою очередь довольно улыбнулась. — Морейн, вы были когда-нибудь влюблены? — спросила она.
Что за нелепый вопрос! Илэйн и представить себе не могла влюбленную Айз Седай. А Морейн к тому же была из Голубой Айя, а о Голубых сестрах говорили, что они всю свою страсть отдают делу.
Но Морейн не смутил этот вопрос. Некоторое время она смотрела на обнимающихся подруг, затем наконец сказала:
— Готова держать пари, что о своем будущем муже знаю больше, чем любая из вас о своем.
Эгвейн удивленно вытаращила глаза.
— Кто он? — выдохнула Илэйн.
Похоже, Айз Седай уже пожалела о том, что сорвалось у нее с языка.
— Вероятно, — сказала она, — я имела в виду лишь то, что все мы мало знаем на сей счет. Не стоит делать далеко идущие выводы из случайной фразы. — Она многозначительно посмотрела на Найнив и добавила: — Но если я все же надумаю выйти замуж, это будет не Лан. Больше я ничего не скажу.