Верин и Ингтар стояли вместе и, таким образом, тоже отдельно от прочих. Вид у Ингтара был несколько ошеломленный. На Ранда и его спутников Верин коротко взглянула, нахмурилась, увидев их лица, потом подтянула шаль и направилась к выходу.
Когда Айз Седай со спутниками добрались до передней залы, появился Бартанес — словно ему доложили, что они уходят.
— Вы так рано уходите? Верин Седай, не мог бы я упросить вас задержаться подольше?
Верин покачала головой:
— Нам нужно идти, лорд Бартанес. Я несколько лет не была в Кайриэне. Меня обрадовало ваше приглашение для юного Ранда. Это было… интересно.
— Тогда пусть благодать увидит вас в безопасности в вашей гостинице. «Великое Древо», я не ошибаюсь? Может, вы почтите меня своим присутствием еще раз? Это была бы честь для меня, Верин Седай, и вас прошу, лорд Ранд, и вас, лорд Ингтар, не говоря уже о вас, Лойал, сын Арента, сына Халана. — Айз Седай Бартанес поклонился чуть ниже, чем остальным, но все равно поклон его был лишь едва-едва значительней обычного кивка.
Верин кивнула в знак благодарности:
— Может, и зайдем. Да осияет вас Свет, лорд Бартанес.
Она повернулась к дверям.
Когда Ранд шагнул было за остальными, Бартанес ухватил его двумя пальцами за рукав, удержав позади. Мэт тоже хотел остаться, но Хурин потянул его вслед за Верин и прочими.
— Вы втянулись в Игру даже глубже, чем я предполагал, — тихо произнес Бартанес. — Когда я услышал ваше имя, то поверить не мог, однако вы пришли, и наружность у вас соответствовала описанию, и… Мне оставили для вас послание. Я решил, что после всего я передам его.
Когда заговорил Бартанес, Ранд почувствовал, как по спине пробежали мурашки, но после заключительных его слов посмотрел на кайриэнца, удивленно раскрыв глаза:
— Послание? От кого? От леди Селин?
— От мужчины. Не того обличья, от кого бы я стал передавать послания, но у него имелись… определенные… требования ко мне, проигнорировать которые я не мог. Он не назвался, но он — лугардец. Ага! Вы его знаете!
— Я его знаю. — «Фейн оставил послание?» Ранд обвел взглядом обширный зал. Мэт, Верин и остальные поджидали у дверей. Ливрейные лакеи столбиками застыли вдоль стен — неслышимые и невидимые, но по первому же слову готовые броситься исполнять приказания хозяина. Из глубины особняка лились шум и гомон людского скопления. Совсем не похоже на место, где могут атаковать приспешники Темного. — Что за послание?
— Он сказал, что будет ждать вас на мысе Томан. То, что вы ищете, находится у него, и, если вам оно нужно, вы должны отправиться за ним. Если вы откажетесь, то, как мне было заявлено, он намерен травить, как зверей, ваших родных, ваш народ, всех тех, кто вам дорог, до тех пор, пока вы с ним не встретитесь. Конечно, это звучит безумно… чтобы человек вроде него говорил, что будет травить лорда… но все-таки что-то такое в нем было. Я считаю, что он и в самом деле безумен: он смел отрицать, что вы лорд, тогда как всякому, имеющему глаза, это видно, — но все равно что-то было. Что такое он нес с собой, с охраной из троллоков? Вы именно это ищете? — Бартанеса, казалось, смутила и шокировала прямота его собственного вопроса.