— Я рад, что до вас дошел призыв, Дай Шан. Вы опять поднимете стяг с золотым журавлем?
В стылых коридорах не было ничего лишнего, не считая драпировок на стенах, да и на тех немногие изображения передавали смысл скупыми линиями, хотя и в ярких красках.
— Дела и в самом деле так плохи, как кажутся, Ингтар? — негромко спросил Лан. Ранд подумал: не подергиваются ли его собственные уши на манер Лойаловых?
Хохолок мужчины дрогнул, когда Ингтар покачал головой, но прежде, чем напустить на лицо ухмылку, он помялся пару мгновений.
— Дела всегда не так плохи, как кажутся, Дай Шан. В этом году немного хуже, чем обычно, вот и все. Набеги продолжались всю зиму, даже в самые жестокие морозы. Но вдоль Границы налеты везде одинаковы — не лучше, не хуже. Они по-прежнему приходят по ночам, но чего можно ждать весной, если это можно назвать весной? Из Запустения возвращаются разведчики — те, кто сумел вернуться, — с новостями о троллочьих лагерях. Все время свежие вести о все растущем числе биваков. Но мы встретим их у Тарвинова ущелья, Дай Шан, и прогоним, как делали всегда.
— Конечно, — сказал Лан, но уверенности в голосе у него не было.
Усмешка Ингтара исчезла, но тут же вернулась. Молча он проводил всех в кабинет лорда Агельмара, затем сослался на груз срочных дел и ушел.
Кабинет лорда Агельмара, как и все помещения в крепости, нес на себе печать практичности, сугубой утилитарности. В наружной стене — бойницы, на толстой, скрепленной железными полосами двери, с собственными амбразурами для стрельбы, — тяжелый засов. Здесь висел лишь один гобелен. На нем, закрывавшем всю стену, были изображены люди в таких же доспехах, как у солдат Фал Дара, сражающиеся на горном перевале с мурддраалами и троллоками.
В комнате были только стол, сундук и несколько стульев, не считая двух стоек у стены, — последние, как и гобелен, и привлекли взор Ранда. На одной — двуручный меч, длиной больше человеческого роста, и более привычный широкий меч, ниже — усеянная шипами булава и длинный, в форме бумажного змея, щит с тремя лисицами на поле. На другой висел полный и подготовленный к бою комплект доспехов. Увенчанный гребнем шлем с решетчатым забралом над двойной кольчужной бармицей. Кольчужная байдана, с разрезом на подоле для езды верхом, кожаная нижняя рубашка, гладкая от постоянного ношения. Нагрудник, стальные латные рукавицы, наколенники и налокотники, оплечья, поножи и наручи. Даже здесь, в сердце цитадели, оружие и доспехи выглядели так, будто в любой момент они готовы в дело. Как и мебель, оружие и доспехи были просто и незатейливо украшены золотом.