После случая с Грэгом я неделю безвылазно просидел дома. Но потом мать стала на меня странно поглядывать. Затворником, в отличие от сестры, я никогда не был. Решив, что если еще день просижу дома, Лиадан точно начнет подозревать неладное, я вернулся к прежней жизни.
— Вставай! — гаркнул мне кто-то в самое ухо.
Я, ошалелый, распахнул глаза. Нарушитель сна обнаружился перед носом. Ростом в ладонь, худой, в бархатном зеленом камзоле, штанах и щегольских башмаках с острыми носами. И со стрекозиными крыльями, которые безостановочно работали, как пропеллер Спитфайера.
— Ты спишь под нашим боярышником!
— Да ну? — подивился я и окинул взором цветущий куст. — На нем что, написано?
— Невежа! — человечек упер руки в бока. — Ты же не человек, ты должен знать!
— Да, конечно, — согласился я, зевая. — Поэтому мне плевать.
— Кажется, я был достаточно вежлив! — возмутился он еще больше. — Но теперь…
— Вежлив, это когда я чуть не оглох?
— Грязное чудовище! Ты хоть знаешь, чем от тебя несет? Ты когда мылся последний раз?
— Эй, полегче!
— Твое амбре убивает весь чудеснейший аромат! Проваливай!
— Сам проваливай! — огрызнулся я, поведя вокруг себя носом.
Сквозь густой цветочной запах едва пробивался запах мокрой шерсти и влажной земли, приставшей к лапам.
— Нежный какой, — проворчал я.
Человечек вытаращил глаза.
— Ты что, не уйдешь?
— И не подумаю.
— Я тебе спать все равно не дам.
— Тогда пожалеешь, что разбудил, мелюзга.
Он оказался проворнее, чем я думал. Зубы клацнули в воздухе. А фэйри взмыл в воздух быстрее стрекозы. Сунул указательные пальцы в рот и издал такой пронзительный свист, что у меня заложило уши. Не успел я опомниться, как из кустов вылетела примерно дюжина его собратьев.
— Бей вонючку! — крикнул зачинщик.
А на меня уже нападали. Кто-то больно стукнул кулачком в нос, кто-то вцепился в шерсть, выдирая клоки. Я закрутился на месте, стараясь дотянуться до кого-нибудь, но они проворно уворачивались до того момента, пока я всерьез не разозлился, после того как мне под хвост кто-то додумался сунуть репей. С диким рыком я махнул в воздухе лапами и молниеносно клацнул зубами. В итоге штук пять сбил на землю, а шестой, едва успев отпрянуть, придерживая распоротые клыком штанишки, ретировался в кусты.
Я собирался сгрести в кучку сбитых и оглушенных недругов, когда мне в морду полетели репьи. Главный зачинщик остался в воздухе. Окончательно разозленный, я прянул за обидчиком. Когда я подумал, что он летит слишком низко, когда мог бы упорхнуть от меня в высоту, было уже поздно.
Земля ушла из-под ног, и я свалился в какую-то яму. Падал, наверное, точно так же, как провалившаяся в кроличью нору Алиса. Только ничего сказочного вокруг не оказалось, и я со всей дури, едва не вышибив дух, впечатался в дно. Далекое белое пятно размером с Луну на несколько мгновений потемнело.