Хольц, не замедлив шага, хмыкнул, и его лицо на мгновение тронула скупая улыбка.
— Молодец, — тихо сказал он, не глядя на меня.
А затем вновь стал обычным Хольцем, отбивающим посохом ритм, но у меня внутри потеплело, примерно как тогда, в прошлой жизни, когда один из первых главврачей после тяжёлой операции вместо разбора полётов сказал: «нормально», и пошёл пить кофе.
Выкинув из головы посторонние мысли, я продолжил путь. Дважды справа доносилось тяжёлое сопение крупного зверя, но всякий раз звук плавно удалялся от нашего маршрута. Вскоре тропу впереди пересекла стайка полосатых существ, похожих на помесь оленя и зайца, и скрылась в зарослях, даже не взглянув в нашу сторону. Варрен успел прицелиться, но, поймав мой взгляд, с кислой физиономией опустил арбалет.
— Да помню я, помню, — пробурчал он. — Убиваем только тех, кто нападёт. Эх, а ведь из олезайца такой вкусный супчик бы вышел.
— Из кого? — машинально переспросил я.
— Из олезайца. Длинные уши, короткие ноги, рога с палец. Жрут одну листву, на людей им плевать, но вкусные, гады.
— А я бы его не ел, — серьёзно вставил Кельн. — Он на вкус как сырое дерево, только жёстче.
— Да ты его и не пробовал ни разу!
— Ну и что?
Варрен открыл рот, чтобы ответить чем-нибудь ядовитым, но Брумиш резко сбавил шаг, и все разговоры сами собой стихли.
Я сначала даже не понял, в чём дело. Мы шли по относительно ровному участку лунной рощи, и впереди, шагах в тридцати, уже виднелся новый биом, окутанный сумраком, и вдруг остановились.
Брумиш с опущенной головой замер в шагах десяти от границы, подрагивая передними лапами. Я подошёл к бронебрусу и положил ладонь на его шею.
— Что там? — жёстко бросил Торвальд, подтягиваясь ко мне.
— Подожди.
Я осторожно осмотрел Брумиша, и заметил, что зверь напуган. Бронебрус, похоже, узнал это место и не захотел продолжать путь.
— Хольц, — я выпрямился. — Ты знаешь, что это за биом?
Тренер незаметно подошёл с другой стороны Брумиша и долго всматривался в сумеречный лес за границей.
— Не знаю, — медленно произнес он.
Леннокс тихо выругался, Варрен выхватил арбалет, а Кельн приказал силку подняться в воздух.
Я ещё раз посмотрел на Брумиша, который пересёк в одиночку Лес, а сейчас дрожал перед тем, что ждало нас впереди.
— Чего застыли? Пойдем дальше или как? —спросил Торвальд.
Я посмотрел на него, потом на Хольца, но тренер лишь едва качнул головой, мол «решать тебе».
— Привал пятнадцать минут, — распорядился я. — Потом двинемся дальше.
Торвальд долго сверлил меня взглядом, но в итоге сказал:
— Принимается, целитель.