Падающая на лоб челка перекрывала часть обзора и немало меня раздражала. Я поднял руку, чтобы смахнуть волосы в сторону, и сразу же заметил, что это не моя рука. В смысле, она была какая-то бледная, слишком тонкая, с длинными аристократическими пальцами, никогда не сжимавшими ничего тяжелее вилки или карандаша. Где мои мозоли, где набитые костяшки?
Хорошо хоть, что ногти без лака.
Судя по идентичному внешнему виду, вторая рука тоже принадлежала какому-то другому индивидууму, после чего я сделал очевидный вывод, что и все остальное тело также не мое. Тем более, что и челки-то я никогда не носил и всегда предпочитал стричься коротко.
Мне стало немного любопытно, какую свинью множественная вселенная решила подложить мне сегодня. По крайней мере, на этот раз я не потерял память о предыдущих десятилетиях и прочих ключевых событиях моей жизни, как это было во время моих приключений во вселенной хронокатаклизмов. Отсутствовали лишь воспоминания о последних минутах (часах? днях?) перед моим непосредственным попаданием в… сюда.
Я откинулся на подушку, закрыл глаза и приступил к дыхательным упражнениям. Воздух в комнате был несвежим, он пах болезнью и смертью, а еще в атмосфере присутствовал легкий аромат дыни, но подобные мелочи меня никогда не останавливали. Уже через несколько минут размеренных вдохов и выдохов я почувствовал, как в мой организм возвращаются силы.
Конечно, они были слабым подобием моего настоящего могущества, но я решил, что на первое время хватит и этого. Во-первых, место не показалось мне слишком опасным, а, во-вторых, тело может быть слабым, но человека определяет вовсе не оно. Тело — лишь инструмент, передаточное звено между тобой и смертью, которую ты подаришь своим врагам… Нет, общение с Такеши точно стоит подсократить.
Мне удалось сесть и скинуть ноги с кровати. Ступни коснулись холодного паркета, и это ощущение немного бодрило.
Я был абсолютно обнажен, а через спинку стоявшего рядом с кроватью стула был перекинут какой-то халат, и я надел его на себя, чтобы соблюсти приличия.
За крепкой, но довольно облезлой дверью оказался коридор, в котором пахло ничуть не лучше, чем в комнате, а висевшие на стенах ковры явно пережили не один десяток поколений местных жильцов, и в нынешнем их состоянии ими побрезговала бы самая голодная моль. Помимо ковров (ладно, ладно, на самом деле это были не ковры, а гобелены) в коридоре обнаружилась служанка. Ну, я предположил, что это была служанка, потому что кем еще может оказаться худая женщина средних лет, одетая в застиранное синее платье, белый передник и чепец на голове? Пожарным инспектором?