Дверь бесшумно отъезжает в сторону, и я врываюсь внутрь, не дожидаясь ее остановки. Горячий воздух обжигает кожу будто кипятком, а едкий дым мгновенно вышибает слезы. Путь до собственной спальни я мог бы пробежать и с закрытыми глазами, но осторожность берет верх.
Медленно крадусь по пустым полутемным коридорам, освещенным лишь мигающими аварийными лампами, и постепенно осознаю, что в Приюте никого нет: все двери широко распахнуты, в пустых комнатах царит беспорядок, а тишину нарушают лишь мои осторожные шаги.
Добравшись до общественной зоны, упираюсь в бетонную переборку, которая пышет жаром словно горячая печь. Сквозь узкие щели в жилой сектор струятся тонкие струйки дыма и наполняют воздух едкой гарью. Видимо, сработавшая сигнализация отрезала жилые помещения от эпицентра взрыва или пожара.
Я все еще не понимаю, что произошло в Приюте, но мои худшие ожидания не сбылись: в коридорах и комнатах нет обезображенных трупов, а воздух не наполнен тошнотворным запахом сгоревшей плоти.
Отступаю от переборки и возвращаюсь. Меня неудержимо тянет в собственную спальню. В нашу с Миной спальню. В отличие от прочих, дверь в нее заперта, и я медленно приоткрываю ее, осторожно заглядывая внутрь из-за толстой бетонной стены.
Лист бумаги, лежащий на полу, бросается в глаза сразу — его невозможно не заметить. В ритмично мигающем свете аварийных ламп он кажется кроваво-красным, и поэтому я не сразу замечаю на нем рисунок.
Схематичное изображение сердца аккуратно выведено красной губной помадой, а под ним красуется короткая подпись «Мина». Глаза наполняются влагой, но я убеждаю себя, что все дело в едком дыме, полупрозрачным маревом висящем в воздухе.
С разбега бросаюсь на кровать, как делал это в детстве, и зарываюсь головой в подушки. Закрываю глаза, зажимаю ладонями уши и прячусь от враждебного мира, как десять лет назад. Я отчаянно хочу оказаться в прошлом и еще раз провести в Приюте несколько счастливых лет.
Ощущение опасности возникает внезапно. Я кубарем скатываюсь с кровати, мгновенно вскакиваю на ноги и вижу в дверном проеме темный мужской силуэт. Широкоплечая массивная фигура скрыта под длинным черным плащом, а лицо незнакомца — под низко надвинутым капюшоном.
Я не могу отвести взгляд от мрачного силуэта, который с каждой секундой кажется все более и более опасным. Мои мысли кружатся в поисках выхода, но возвращаются к темной фигуре, которая его преградила. Я подавляю ребяческое желание броситься вперед и проложить путь к свободе силой и жду.
Незнакомец делает шаг и будто перетекает из коридора в комнату. Он останавливается в паре метров от меня и замирает. Мои мышцы напрягаются, а сердце начинает биться быстрее. Я напряженно вглядываюсь в темноту под капюшоном, пытаясь разглядеть лицо, но вижу лишь тьму.