— Всем бойцам бывшей Вольной Роты предлагается проявить благоразумие и сложить оружие. Белая полоса означает признание нового контракта. Сопротивление будет считаться мятежом, ересью и пиратством.
Кто-то из Вольной Роты заорал:
— Засунь свой контракт себе в шлюз!
Потом связь захлебнулась выстрелами.
Окольными путями они вышли к лифтовому переходу. Тут уже собралась толпа. Впереди, у самих космолифтов, стояли инквизиторы. Двое в серо-белых плащах, трое пехотинцев в незнакомой серебристо-голубой броне, дроид с плоской башней. Гражданских держали за жёлтой линией. Кто-то ругался, тряс документами, пытался доказать, что ему «только на станционный ярус, к семье».
Инквизитор отвечал всем одинаково:
— Переход закрыт. Лифты не работают. Ожидайте!
— Вот об этом я и предупреждала, — сказала Эль. — Пошли.
— Куда?
— В обход.
Они прошли вниз по узкой технической галерее. За поворотом стоял низкий ремонтный дроид: четыре магнитные лапы, плоская спина, сварочный блок сбоку, катушка троса и грязная маркировка техслужбы. Дроид был пристыкован к рельсовому пути, ведущему к наружному люку.
— Это ещё что за таракан? — спросил Вик.
— Сервисный дроид. Чинит лифтовый переход снаружи. Так, по внешней ферме можно доехать до станционного сегмента — немного нервно пояснила девушка.
Вик посмотрел на люк с предупреждающей красной надписью
— Снаружи — это где вакуум?
— Да. Скафандры есть.
Эль подошла к двери подсобки рядом с люком. Замок щёлкнул после короткого тычка игольником в служебный разъём. Внутри, за ящиками, лежали несколько мешков с аварийными скафандрами.
— Они рабочие? — с сомнением спросил Вик.
— Были, когда их прятали.
— Обнадёживает.
— Проверяй герметичность, и будет тебе счастье!
Быстро оделись. Скафандр Вика оказался не по размеру, шлем сел криво, но индикатор герметичности всё-таки загорелся зелёным. Не ярко. Скорее из вежливости.
Эль первой залезла на спину сервисного дроида и закрепила карабин.
— Садись за мной. Руки в страховочные петли.
Люк открылся. Воздух ударил наружу белым паром и исчез.
За порогом лежал чёрный, равнодушный космос. Внизу, под ними, тянулась внешняя ферма лифтового перехода между астероидом и станционным сегментом. Далеко по корпусу мигали аварийные огни. Где-то на поверхности Станции бесшумно вспыхивали короткие белые точки — то ли сварка, то ли бой.
Дроид медленно, но верно разогнался по тонкому рельсовому пути, и Станция стала расти в размерах.
В шлеме трещал дыхательный фильтр. Скафандр был старый, жёсткий, с мерзкой привычкой давить именно туда, где человек и так не хотел ничего чувствовать. Руки затекали от страховочных петель. Квитанция ордена лежала в нагрудном кармане под гермослоем, и Вик всё равно каждые полминуты проверял её локтем, будто бумажка могла сбежать в вакуум.