Остановились в густых зарослях кустарника перед концом леса. Опустившись на колени, осмотрели открывшуюся картину.
Мы находились примерно в пятидесяти метрах от границы поселения дварфов.
Живых дварфов здесь к сожалению не осталось. Некоторые тела были разбросаны по опустошенной земле, дома разграблены и разрушены.
Остальных, вероятно, уже увели. Гаврила не мог допустить, чтобы его драгоценный товар замерз на холоде, так как поврежденные рабы не принесли бы достаточной цены на невольничьем рынке.
Я стиснул зубы при мысли об этом ублюдке. Если когда-нибудь снова его увижу, он пожалеет о своем рождении.
Отогнав мрачные мысли, я повернулся к Равенне. Дварфы оказались чертовски выносливы. Даже глядя на то, что стало с ее землей, Равенна сохраняла каменное лицо. В ее глазах читался не печаль, а гнев и горечь.
Несколько минут мы изучали поселение из укрытия, наблюдая за численностью и передвижениями солдат Гаврилы. По подсчетам их было не меньше двадцати, все в одинаковых темных одеждах. Костюмы напоминали те, что я видел на темных эльфах на Торжище Невольников, но утепленные и более тяжелые для защиты от холода.
Оборонительные сооружения по периметру лежали в руинах — обугленные обломки заборов, рухнувшие на выжженную землю, да редкие каменные столбы. Дварфов нигде не было видно, а большинство строений получили серьезные повреждения. Лишь дерево в центре поселения осталось нетронутым.
— Дварфов нет, ресурсы разграблены… — я повернулся к Равенне. — Есть только одна причина, по которой эти парни все еще здесь, верно?
— Карта, — кивнула Равенна. — Мой народ силен, но у нас есть семьи. Люди вроде Гаврилы знают, как надавить на болевые точки.
— Без сомнения. Он мастер угроз. Но кто-то из твоих сдался? — спросил кто-то.
— Многие знают историю, но местонахождение известно единицам, — ответила она. — А те, кто знает, не выдадут тайну. Думаю, захватчики подозревают о существовании чего-то ценного, но не знают где искать.
— Так где карта?
Равенна заколебалась. Было видно, что хоть она и не хотела, чтобы Гаврила заполучил карту, рассказывать об этом чужаку тоже не горела желанием. Вероятно, секретность вбивали ей в голову с младенчества.
— В кузнице, — наконец сказала она. — Под землей есть кладовая. В ней под старой наковальней в углу небольшой свод, там и лежит карта.
— Значит, нужно просто проникнуть внутрь, сдвинуть наковальню и открыть дверь? Звучит несложно.
— За кого ты нас принимаешь, князь? — фыркнула Равенна. — Ее создали дварфы инженеры. Думаешь, все так просто? Дверь защищена ловушкой преданности — открыть можно только специальным ключом в точной последовательности.