Снились мне тревожные, но яркие сны. Последние отблески мыслей и образов, которые я запомнил перед пробуждением, заключались в том, что карательная психиатрия в Советском Союзе возникла не на пустом месте, очевидно.
— Уже почти полдень, нам пора собираться! — мягко разбудила меня Лада.
«Ей тоже грустно и не хочется уезжать», — взглянув на её лицо, понял я. — «К счастью, мы не в СССР. Какая психиатрия, нафиг⁈ Странные сны и не менее странные выводы», — вспомнил обрывки сна и вздохнул с облегчением.
— Я сейчас спущусь.
— Стол уже накрыт, ждём тебя, — кузина оставила меня и затворила дверь.
В голове ощущалась тяжесть. Я потянулся, оделся и пошёл умываться.
В срубе никого не было. Выйдя наружу, я услышал довольно ритмичную попсовую музычку и веселый гомон, доносившийся со стороны бани.
Было тепло, но плотные облака закрывали солнце, потому было ощущение, будто сейчас глубокий вечер. Когда подошёл, меня встретили привественными криками, поднятыми бутылками пива и бокалами с шампанским.
— Вот и наш Витюшка, — бросилась ко мне Женька, повисла на шее и неожиданно зарыдала.
— Блин, Жень, ну что ты… — я слегка растерялся и погладил её волосы.
— Я буду очень скучать, Вик! — сквозь слёзы прошептала девушка.
— Ну чего скучать? Я буду приезжать, ты ко мне можешь в Москву приехать… Ну, успокойся! — сказал я мягко.
— Вит…
Я был растроган.
Евгения успокоилась, улыбнулась, тряхнула гривой и мы пошли к столу. Народ уже веселился. На двух больших блюдах аппетитно дымился шашлык из кабанятины, жареная рыба вызывала не меньше желания её отведать.
— Садись, братец! — показал Сашка на стул около себя.
— За нашего дорогого Виктора! — провозгласила тост Лера, сидевшая напротив.
— Ура-а-а! — раздались крики.
Выпили шампанского. Я ощутил легкое просветление в голове и острый голод.
— Сначала отведай стерлядь в винном соусе, — показал Сашка на куски рыбы.
Я так и сделал. Рыба оказалась вкуснющей, жареной на гриле. Практически без костей, как филе.
— Пока ты дрых, я распорядился, чтобы тебе разделали кабанятину и рыбу. Палыч и мои всё сделали в лучшем виде — мясо замариновали, рыбу нарезали кусочками и переложили специями. Приедешь в имение — скажешь Петровичу поставить всё это добро в морозильник на пару часов. В самолёте Лада сделает подморозку, довезёте, надеюсь.
— Спасибо. Угощу моих барышень вкуснятиной, — покивал я, очень этим довольный.
Сидели, пили, закусывали и болтали ещё битых часа полтора. Все желали мне успехов и скорейшего возвращения.