— Климентий Павлович Вырубаев? — настойчиво повторил доброжелатель.
Вырубаев? Как же давно я не слышал этого прозвища! Лет пять уже точно, с тех самых пор, когда из спортсмена-единоборца в реале переквалифицировался в бойца тхэквондо в виртуале. Товарищи по команде во времена юниорской сборной фамилию мою исковеркали. Которая, ради правды, так и напрашивалась на трансформацию.
— К-клим, ды-а… — с изрядным усилием протолкнул я воздух сквозь глотку. На грудь что-то давит, да и в голове… а что в голове? Понять решительно невозможно — каша какая-то. Но я всё же счёл нужным уточнить: — Вы… ры… паев… К-клим П-потапович!
Ф-фух! Получилось! Ощущение, как вагон цемента разгрузил! А всего-то три слова! Я знаю три слова, три матерных слова! Какая-то старинная песенка, вроде бы…
— Ять! — снова непонятно выругался доброжелатель. — Господин ротмистр, кажется, у нас проблема!
— Да уж слышу! — отозвался второй голос. — Ладно, отключай его, пусть специалисты в госпитале разбираются!
— Есть!
Ха! А слова у этого доброжелателя с делом вообще не расходятся!
— Ч-что?.. К-куда?.. — слабо трепыхнулся я, но почувствовал резкий укол в плечо и…
Круто, ты попал!
… снова резко открыл глаза. Н-да… что-то многовато у меня в жизни стало резкого. Стоп! В жизни? Я жив⁈ После того, как по мне шаровой молнией жахнуло⁈ Но ведь я же точно помню, что голова моя в куски разлетелась! Прямо как в фильме старом… как бишь его? «Страшилы», во! Был там момент, когда главгерой главгаду башку из дробовика снёс, а на её месте осталась призрачная бестолковка. Вот так же и у меня! А в следующее мгновение душа моя покинула тело и… походу, куда-то переселилась. И не просто куда-то, а в кого-то. В ком я сейчас и нахожусь. А в себя я пришёл по причине насквозь прозаической: в помещении, служившим мне временным прибежищем, зазвучала музыка. Очень знакомая музыка! Сто процентов я эту песню уже слышал, и не раз… ну да, Серый её постоянно гонял, когда мы на минивэне на соревнования выезжали! Вступление один в один…
Йори-ори-ори-лад,
В штольне трудится кхазад.
Он не ест, не спит, не пьёт,
На гора́угля даёт!
Не-а, бредятина какая-то! В той песне совсем по-другому было! Точно не про уголь и не про шахту. Там вовсе даже наоборот, про что-то воздушное… дай бог памяти… про летающую тарелку?
Ой, йори-ори-лад,
В штольне трудится кхазад.
Он не ест, не спит, не пьёт,
Громко песенку поёт!
Эй, дигги-дигги-холл!
Эй, дигги-дигги-холл!
Но блин, и в куплете мелодия один в один! И инструментал — стилизация под горские народные песнопения! Ну и до кучи голос у солиста! Что-то фигня какая-то… или у меня что-то с ушами, или одно из двух! В смысле, где-то я в другом месте, а не на матушке-Земле! Но… чёрт побери, как, Холмс⁈