— Интересно, — Крид кивнул, словно подтверждая какие-то свои мысли. — А есть ли среди них те, кто… сомневается? Кто не полностью принял новую веру?
— Говорят, что есть, — тихо ответил Феодор, оглядываясь, хотя они были одни. — Особенно среди тех, кто попал в Египет уже взрослым, сохранив воспоминания о христианском детстве. Но они скрывают это. Отступничество от ислама карается смертью в их среде.
— Понимаю, — Крид положил руку на плечо слуги. — Спасибо за честный рассказ, Феодор. Теперь я лучше представляю поле, на котором нам предстоит работать.
— Вы действительно планируете обращать этих мамелюков? — в голосе Феодора слышался страх, смешанный с надеждой. — Это… это невозможно, господин. Даже кардинал Крид не был столь самонадеян…
Первые недели в Александрии Крид посвятил укреплению своей легенды. Он действительно обладал обширными медицинскими знаниями, собранными в разных странах. Это не было притворством — он мог диагностировать и лечить множество болезней эффективнее большинства местных врачей.
Каждое утро он принимал пациентов в специально оборудованной комнате своего дома. Сначала приходили лишь немногие — в основном христиане, направленные Феодором. Но постепенно молва о талантливом венецианском лекаре распространилась по городу. Вскоре к нему стали обращаться и мусульмане, сначала из беднейших слоёв населения, а затем и более зажиточные горожане.
Крид никогда не отказывал в помощи никому, независимо от вероисповедания или социального положения. С каждым пациентом он беседовал, проявляя искренний интерес не только к симптомам болезни, но и к жизни человека. Его спокойная манера, внимательный взгляд и поразительная эрудиция производили глубокое впечатление на всех, кто с ним сталкивался.
— Вы не похожи на других франков, хаким, — заметил однажды пожилой мусульманский торговец, которого Крид избавил от мучительной подагры с помощью специального отвара трав и диеты. — В вас нет их обычной заносчивости. Вы говорите с нами как с равными.
— Перед лицом болезни и смерти все люди равны, уважаемый Ахмед, — ответил Крид, проверяя опухшие суставы пациента. — Будь ты халиф или нищий, боль чувствуется одинаково, и лекарство действует по тем же законам.
— Мудрые слова, — кивнул старик. — Разрешите спросить, вы христианин?
— Да, — просто ответил Крид. — Но я уважаю все пути, ведущие к Богу. Ваш пророк Мухаммад сказал много мудрого, как и наш Иисус.
— Вы знакомы с учением Пророка? — удивился торговец.
— Я изучал Коран, — кивнул Крид. — Как и Тору, и буддийские сутры, и труды греческих философов. Истина многогранна, уважаемый Ахмед, и ни одна традиция не владеет ею целиком.