— У нас сегодня нет занятия, — равнодушно отвечаю ректору и продолжаю рассматривать полки.
— Не испытывай моё терпение, Норд, — громыхает Чернокрылый на всю библиотеку.
— А то что? — ядовито хмыкаю.
— То! — ревёт дракон.
Сильные руки обхватывают талию. Мужчина закидывает меня на мощное плечо и выносит в коридор под мои злобный вопли:
— Отпусти, мерзавец!
— Обязательно, — ладонь грубо сминает мои ягодицы, — Но сначала поимею твою восхитительную задницу.
Что⁈ Замолкаю от неожиданности.
— Нет! Не смей, — яростно тарабаню кулаками по широкой спине.
— Ещё как посмею! Забыла? Все твои щёлки принадлежат нам. А теперь марш в душ и бегом в мой кабинет, — рычит ректор и пинком открывает дверь в мою комнату, — Если не явишься через двадцать минут, придём сами и оттрахаем прямо в коридоре. Поняла?
Скрипя зубами, я киваю.
— Небольшой аванс, — шипит мужчина, обхватывает голову руками и впивается в губы дерзким поцелуем. Дракон одним махом уничтожает моё сопротивление. Трусики мгновенно намокают и прилипают к телу. Со мной определённо что-то не так!
— Двадцать минут, Кира, — хрипит дракон, оторвавшись от меня, а затем разворачивается и уходит.
Что б у тебя крылья отсохли! Застонав от отчаяния, я покорно плетусь в ванную.
Через час я без стука открываю дверь в кабинет ректора.
— Какая наглая смелая человечка, — хрипло выдыхает дракон, — Ты посмела опоздать…
Сверкая антрацитовыми глазами, мужчина скалится острозубой ухмылкой и медленно приближается ко мне. Ноги подкашиваются. По телу растекается дрожь предвкушения. Две недели воздержания…
— Эмир…Ты…Вы будете один? — я спрашиваю и густо краснею.
— Ах ты… Ненасытная ведьма, — хищно улыбается, — Раздевайся…
Я закусываю нижнюю губу, медленно снимаю юбку, а затем пуговка за пуговкой расстёгиваю блузку.
— Сегодня чёрное, — мурлыкает Эмир.
Мужчина падает на диван и кивает на свои колени:
— Иди сюда.
Послушно следую за драконом[1]. Твёрдый бугор упирается в лоно через грубую ткань брюк и тонкое кружево трусиков. Возбуждён. Чернокрылый ужасно возбуждён. Я чувствую странную радость, ведь две ужасно долгие недели я страдала не одна. Пытаюсь расстегнуть ремень, но дракон останавливает меня.
— Наберись терпения, — горячее дыхание обжигает шею.
Губы дракона исследуют нежную кожу, оставляя алые следы. Руки ректора скользят по спине и расстёгивают лифчик. Греховный рот накрывает грудь, слегка прикусывает остро стоящий сосок. Я всхлипываю и выгибаюсь навстречу порочным ласкам. Чернокрылый сминает и облизывает полные холмики, заставляя меня стонать. Ладони обхватывают попку, поглаживают упругие ягодицы, сдвигая трусики. Эмир касается мокрой киски, а затем смазывает попку моей влагой. Один из озорных пальчиков проникает в нетронутую дырочку и растягивает её.