— Уверен, что мне не чудится в ваших словах некий намёк, и мне он определённо не нравится.
— Правда? А мне, Генрих Юрьевич, по-вашему нравится то, что вы считаете меня надалёкой? Или вы хотите убедить меня в том, что ваше предложение продиктовано исключительно заботой о моей репутации? Но и в данном случае вы ставите под сомнение мой профессионализм.
— По поводу моей заботы о вашей репутации вы как раз правы, Эмма Константиновна, — гость улыбнулся и продолжил, ничуть не смущаясь: — Но у меня есть в этом деле и личная заинтересованность.
— Какая же? Надеюсь, это не секрет?
— Начну с того, что мне известны некоторые подробности семейной жизни Казариновых, и в эти нюансы Юлия Геннадьевна не посчитала нужным вас посвятить.
— Думаю, вы блефуете, господин Кай, — усмехнулась я. — И если так, то меня удивляет топорность ваших попыток убедить меня. Как-то это всё не вяжется с вашей безукоризненной репутацией. Но даже если вы говорите правду, дела это не меняет. Я очень избирательно подхожу к подбору клиентуры, потому если заключаю с кем-то договор, после уже не расторгаю его. Нет нужды.
— Наслышан об этом и всячески приветствую подобную линию поведения, — кивнул Кай и вздохнул.
— Так какой у вас личный интерес?
— Дело в том, Эмма Константиновна…
Генрих Юрьевич посмотрел в мои глаза, и от его прямого взгляда по моей спине неожиданно пробежал холодок, а под ложечкой засосало. Ну и ну! И куда же подевался, позвольте узнать, мой иммунитет против мужских чар?!
— Мой личный интерес — это не профессиональные амбиции, а желание продолжить с вами общение вне зала судебных заседаний.
Я промолчала, хоть и поняла, куда он клонит. Не дождавшись моей реакции, Кай начал развивать свою мысль:
— Мне очень хочется продолжить общение с вами, Эмма… Константиновна. Не деловое соперничество, а именно общение. Узнать вас получше. Понимаете, тогда, дома у ваших друзей, мне удалось увидеть вас совсем не такой, какой я вас представлял себе.
Он меня представлял себе! Вот это новость!
— А вам не интересно узнать, — холодно заговорила я, — хочется ли мне продолжать с вами неформальное общение? Обычно я определяю круг общения исключительно сама.
— Поверьте, мне удалось бы вас заинтересовать, будь у меня шанс.
Да уж, в самоуверенности этому типу явно не откажешь!
— Шансов нет, — торопливо, даже слишком, отрезала я. — И вы прекрасно об этом знаете. Мы с вами в данный момент не имеем права общаться в неформальной обстановке по соображениям профессиональной этики.
— Вот именно, — кивнул упорный и настырный Генрих Юрьевич. — Потому я предложил вам отказаться от защиты интересов госпожи Казариновой.