— Да… я… — Дюс даже смутился. — Если ты считаешь, что справлюсь… Да, конечно!
В этот момент Слюсаревы занесли еще один стол, последний, следом Озик притащил подмышкой и стулья. Вот блин, оказывается, уже два часа прошло, а я и не заметил! Еще столько же, и мне к Вагитычу нужно будет.
— Вадим! — позвал меня старший Слюсарев. — Мы все сделали, давай рассчитываться. И тут это… добавить нужно. Мы бензина много потратили.
— Погоди, Дюс, сейчас разберемся с доставкой и продолжим с тобой, — сказал я. — Да, в принципе, ты и так все уже знаешь. А теперь с вами, Виталий Егорыч…
Слюсарев-старший, как я и предполагал, и вправду решил качнуть права, затребовав больше, чем договаривались. Спорить и отказываться я не стал — просто демонстративно накинул сверху лично Ваньке. За то, что старался не просто сгружать, но и расставлять. Виталий Егорович покраснел, подергал губами, но ничего не сказал, пошел вниз, не попрощавшись.
— Вадик, тут такое дело… — Ванька оглянулся, нервно теребя воротник на выгоревшей футболке, убедился, что отец уже скрылся. — Батя сказал, что завтра с тобой не поедет. Как с цепи сорвался, надоел уже…
— И чем же я ему так не понравился? — усмехнулся я.
— Да ему этот парень, Даня, — Слюсарев-младший неопределенно махнул рукой, — разболтал, что ты у Жогина не работник, а бизнес-партнер. Что это твой зал по факту.
А Озик-то на меня зла не держит, подумал я. Это хорошо, нам с ним еще дальше вместе работать.
— И что в этом плохого? — удивился я уже вслух.
— Да ну его, — горько покачал головой Ваня. — Жизнь свою просрал, только и ноет, какое вокруг мудачье и ворье. Что если бы у него богатые родственнички были, ух как бы он поднялся… И тебе завидует, что ты такой молодой, а уже бизнесом занимаешься. Хоть каким-то.
— Слушай, зря ты так говоришь, — помрачнел Дюс. — Не просрал твой отец жизнь. Тебя вот вырастил. Внука дождался. И еще дождется!
— Да ему внук уже поперек горла, — Ваня скрежетнул зубами. — Когда Дашуля залетела… В общем, я думал, он меня убьет. Говорил, чтобы мы аборт сделали. А я его послал и сказал, что не буду ребенка своего убивать. Руки-ноги есть, голова на плечах. Вывезу! А в итоге… Похоже, он прав оказался.
— Чего-о? — протянул Дюс, а я, нахмурившись, склонил голову набок.
— А что? — Ванька обреченно взмахнул руками. — Что у меня есть? Комната на троих в родительской квартире? Сраная «Нюша», которая еще даже и не моя? И денег с гулькин хрен! А мне двадцать, Вадик, как и тебе! Только я уже к ребенку привязан и от него завишу, а у тебя еще все впереди! Любых баб трахать, работать в удовольствие и жить в удовольствие!