– Шаха тоже надо взять. Приказ Короля. За чужую женщину.
Ева.
Ищут ее, а найдут обоих. Не девчонка, а ходячий ящик Пандоры, я клянусь….
Король никак не вяжется у меня с Евой, как и понимание того, что она чужая женщина. Была чужой, пока не стала моей.
Я выхожу из укрытия первым. Глушу сразу двоих у забора – тихо ножом перерезаю глотки.
Дальше вынимаю оружие, раскрывая себя.
– Всем в укрытие! Всем в укрытие! Шах снаружи. Не внутри.
Третий не успевает среагировать – пуля в висок. Четвертый стреляет – пуля чиркает по щеке, но не смертельно. Будет еще один шрам – одним больше, одним меньше.
Перекатываюсь к забору.
Гранату я замечаю слишком поздно – вижу, как она катится по траве, но прыжок назад почти не спасает, и земля летит в лицо.
Звон в ушах.
– Я не могу зайти в дом! На каждом входе куча дверей и замков…
– Лезь через окно!
– Ты не видишь, что окна на замках? Он нас всех перестреляет, пока будем вскрывать замки! Мудак…
Вылезаю с пистолетом в правой руке и ножом в левой.
Противник поднимается из-за припаркованного фургона.
Не свой. Пластины под курткой. Мы встречаемся взглядами.
В плечо впивается пуля – чувствую резкую, горячую боль, но продолжаю идти вперед. У меня последний патрон в обойме. Бросаюсь на ближайшего из них – перехватываю руку с оружием, резко режу по сухожилию. Падаем вместе, оттаскиваю за собой и беру в плен.
– Заткнись, падла, – бью прикладом по лицу.
Я их не знаю. Чужаки. Говорят на английском.
В дом они не проникнут. Не получится. Только если Ева не выйдет сама, и они это быстро понимают.
– Ева! – раздается крик. – Выходи из дома, красавица. Твой жених отправил нас за тобой. Не бойся, теперь ты в безопасности.
Я сжимаю челюсти, потому что понимаю: Ева может выйти. При сильной мотивации она разгадает код. Выйдет.
Вопрос только в том, насколько сильная у нее будет мотивация, потому что, судя по всему, жених таковой не является.
И они это тоже быстро смекают, поэтому следом на территорию дома заходит крепкий парень. Видно, что он для Евы ценный экспонат, потому что они им же и прикрываются, а у меня всего один патрон, и по сравнению с ним я слишком хуевая мотивация, чтобы остаться внутри.
Ева
Все эти месяцы, проведенные в плену, выбор был недоступной для меня роскошью.
Сначала меня бросили в клетку со зверем: я залечивала его раны ценой своей свободы и приносила ему еду ценой своего здоровья.
Когда зверь окреп, он выбрался из клетки и забрал меня с собой. Тоже без выбора.
Теперь я вижу в окне дома лицо своего брата, и впервые за долгое время чувствую его – выбор.