[Поработитель зверолюдей? Ещё какой! Не уважает зверолюдей? Есть такое. Иначе не стал бы грубить Сайджо «Дробь»… Ну, да, он плюнул под ноги гайдзину. На видео это прекрасно видно.]
Ву Конг глухо рычал, сидя посреди разрушенного кабинета. Он всё накручивал и накручивал себя негативными мыслями.
Ни один апостол [9] не посмел бы указать старику на очевидное… У Ву Конга начались проблемы с головой. Серьёзные такие проблемы! Размером со всё Царство Зверолюдей. Апостолы [9] же ждут объявления имени наследника. Им глубоко плевать, когда и при каких обстоятельствах Ву Конг отойдёт в мир иной. Болезни старика — это его проблемы.
Ву Конг рычал, выпускал наружу Власть и Жажду Крови, распаляясь всё сильнее. Теперь его трясло от одной лишь мысли, что гайдзин победил в Турнире Терновника.
— Информацию придётся скрыть, — король, наконец, принял решение и поднялся с места. — Царству Зверолюдей не нужны победители-гайдзины.
[Бессмысленно и беспощадно,] — думал я, пока мы ехали ко дворцу короля Ву Конга. — [Лютый расист, хранитель этажа, защитник Царства Зверолюдей… Что-то мне не верится в саму возможность ТАКИХ переговоров.]
Чем дольше мы ехали, тем сильнее крепла во мне эта мысль. Переговоры проводят между равными партнёрами. На худой конец с теми, кто может быть тебе полезен, и на них нельзя давить. А мне предстоит разговор с Ву Конгом — правителем и расистом, чьей идеологией пропиталось всё Царство Зверолюдей. Только наши с Зоддом мартышки меня гайдзином не называли. Да и то из уважения и последующими за этим словом наказаниями.
Я нервничал, пока мы ехали в автобусе. Причём так елозил на сидении, что пятую точку начало припекать. Своей чуйке на проблемы я привык верить безоговорочно. Первопроходцы, у кого её нет, долго не живут. Так что, порывшись в Личном Хранилище, я, быстро вытащив листок с ручкой, принялся писать записку.
‘Уважаемый король Ву Конг. Хранитель шестого этажа Стены, полководец, мудрый правитель Царства Зверолюдей… бла-бла-бла…
Я пришёл на Турнир Терновника не за наградой, а ради возможности встретиться с вами. У фракции, которую я представлю, есть общий с вами враг. Сейчас мне не хватает полномочий для того, чтобы вести диалог о возможных переговорах. Поэтому прошу меня простить за столь неожиданный уход. Я свяжусь с вами в течение полугода, когда получу соответствующие полномочия.
С уважением, Довлатов «Дракон-чви».
Записку положил в конверт без подписи и заклеил. Мы как раз подъезжали к какому-то тупику. Дорога заканчивалась кольцом, где автобус мог развернуться и рвануть обратно. Шипек так и сделал. Выгрузил меня, отсалютовал и, тарахтя двигателем, уехал прочь.