— Понимаю, — ответила она спокойно. — Глупо было думать, что всё держится на нас. И чудо, что мы зашли так далеко. Всё это может закончится, когда пара Наиров догонит нас и припрёт нас к стенке.
— Да…
— А я бы отдохнула, Кальдур. Всего денёк. Или хотя бы ночь. И попробовала показать им…
— Ещё отдохнём. Думаю, нам стоит взять этого паренька и еще парочку крепких ребят для верности, открыть портал и перебросить их к лагерю поближе, так чтобы их точно нашли, и парниша рассказ, что знает. Может даже, имеет смысл взять с собой ещё по двое раненных, чтобы у них был шанс.
— Я не думаю, что смогу вернуться назад, Дур… — пробормотала Розари. — Я как-то… с трудом уже выношу всё это.
Он усмехнулся и проскрежетал зубами, ничего не ответил, просто кивнул и задумался ещё на минуту.
— Тогда сделаем проще. Я сам отведу его в лагерь. Ты же освободишь невольников и выведешь на поверхность. И мы сюда уже не вернёмся.
— А почему не наоборот? — она вскинула бровь.
— Потому что я скорее всего справлюсь быстрее и точно вернусь под землю, чтобы помочь тебе. Договорились?
— Договорились.
Спёртый воздух, тяжёлое дыхание сотен людей и тесный круг острых камней словно клещи сомкнулись на её горле. Напряжение перед грядущей схваткой лихорадило кровь уставших от темноты и пещер мужчин, но на неё действовало скорее подобно назойливой мухи.
Раздражение.
Они ждут сигнала уже почти час, боевой дух и запас сил падает с каждой секундой, а им всем еще предстоит отчаянная схватка с охраной рудника. Она прикрыла веки, чтобы просто не видеть перед собой вспотевшую спину несчастного воина-оборванца, на которой она уже успела пересчитать все поры, и хоть как-то сбежать из этого места хотя бы на мгновение.
Открыла глаза от испуга.
Вместо твёрдой породы под её ногами оказалось нечто мягкое и пружинистое. Серый и мокрый песок, с вкраплениями чёрной земли и жёсткой высокой травы, покосившаяся хижина в густых зарослях с пустыми проёмами окон, давно прогоревшее костровище, круг плоских камней у него и какое-то совершенно невероятное звёздное небо…
Дом на болотах, куда она притащила полумёртвого Кальдура после его первой встречи с клинком из чёрной руды. Где она ухаживала за ним как за ребёнком. Где она палками и руками вырыла ему могилу за домом, но потом зарыла её, потому что плакала и просила у Госпожи его жизнь, и не хотела верить, что он умрёт, и что она снова останется одна с этой ношей…
Стоп.
Почему она здесь?
Неужели на целую секунду она утратила над собой контроль и приказала открыть портал прочь из проклятых проломов?