Когда она уходила, когда боль угасла в её переломанном и израненном теле, когда она уже не могла свершить новый вдох, Госпожа услышала её зов, оставила своё тело и лично пришла, чтоб проводить её в своё Царство. И поклонилась ей.
…Звали его Воларом и родился он без языка и ладони правой руки. Был изгоем в своей деревне, мог общаться жестами, да не с кем было. Жил в полуразрушенном доме, оставшимся после ранней смерти матери. В его шестнадцатую зиму, после Битвы Пятой, в деревню к ним пришли темники, избили всех, ограбили, пожгли дома и просили проводника, чтобы бежать домой. Под крики злобы своих же соседей вызвался Волар.
Долго вёл он темников окольными путями, пока не оказались они посреди западный топей, откуда никто из них уже не выбрался. Волара убили сразу, как только поняли, что он предал их и завёл на погибель. Волар не смотрел на них, во время казни. Ещё во время пути на горизонте он видел светлый лик Госпожи и старался всё это время идти к нему и не отводить глаз.
…Кальдур чувствовал своё резкое дыхание и скачущее сердце даже сквозь путы сна. Поток образов, переходящий один в другой, оборвался и сменился пустотой. Он прочувствовал каждое из видений, словно был там. Смог почувствовать запахи, услышать разговоры, увидеть лица.
И теперь он летел сквозь бесконечную пустоту тёмного неба.
Стальная плоть Мрачного Колосса перетекла в стальную плоть могучего зеркан, они были единым целым не только телами, но и разумом. Их объединённая сила казалась неудержимой стихией, которой не сможет остановить ничто в этом мире. И Кальдур совсем не испытывал страха перед высотой. Наоборот, как в свой самый первый полёт, он хотел хотя бы на секунду оказаться так близко к Её Царству, чтобы почувствовать его тепло. Он кричал всем своим естеством:
Выше! Выше! Выше!
Он летал выше всех. Выше птиц. Выше гор. Выше облаков. Выше самых отчаянных из его братьев и сестёр. Когда-нибудь он хотел взлететь выше солнца.
Тёмное небо разверзлось перед ним. В его глубине, над облаками, в свете тусклых звёзд, он увидел нечто ужасное и неотвратимое. Настоящего левиафана, настолько огромного, что он вот-вот поглотит весь Небесный Дворец.
Ни секунды не сомневался.
Знал, что даже его ментальный крик, который точно услышат и братья, и сёстры, и сама Госпожа, уже ничего не изменит. Им бы дать хотя бы пару мгновений времени, чтобы они успели достойно встретить гиганта, хоть бы немного его задержать.
Но как пчела может остановить лошадь на полном скаку?
Ударить в глаз со всей силы. Всем, что есть. Самым страшным своим оружием. Даже если это будет стоит жизни.