— Ниче! Иди за наколенниками.
— О-о-о! Ладно.
Отворачиваюсь, пытаюсь стереть улыбку с лица. Папа в действии. Если бы можно было бы и теперь дочь таскал на руках. Любая царапина вызывает священный ужас.
— Без разговоров, дочь. Давай. И шлем не забудь.
Это так мы на речку собираемся. Яр неспеша складывает в багажник массу всего-всего. Я на подхвате. Мать с детьми возится. На Катьке нашей, где сядешь там и вокзал. Она у нас девочка с гонором. Собирает только свое.
— Кать, оставь Хана.
Дочка недовольно слазит с собаки. Хан очень терпеливый, сносит все в нее в прямом смысле. Ходит тенью. Никогда не думала, что так сильно эти двое будут так привязаны друг к другу. Самая лучшая охрана.
— Ма-а! Велик — осторожно, с собаки — слезь. Че такое-то? Все нельзя! – дует губы.
— Иди ко мне, ворчунья, – хватает муж Катьку и прижимается к ней носом. – Кто самая красивая?
— Ну, па! – притворно возмущается. – Хватит, я уже большая.
— Ой! – подкидывает ее, ласково обнимает.
Хан крутится у ног. Ждет, когда муж Катюшку на ноги поставит. Скулит, заглядывает. Как только Катька опускается на землю, кладет ей лохматущую башку на плечо. Извинительно коротко скулит.
— Да иди уже, – треплет его, – охрана какая у дочки, а, Алён?
— Да уж. Соседи в обморок от нашего медведя валятся, – ворчу. Есть такой грех, иной раз Хан нечаянно может выйти на улицу, но ей-богу настолько умная собака, волноваться не о чем. От дома никогда не отходит и ни на кого не бросается. Выйдет, посмотрит и все, может просто лежать около калитки. – Опять теть Света прибегала. Просила запирать.
— Мгм, – кривят губы одновременно и муж и дочь. – Мы поняли.
О, боже! Вот же упрямые. Но с другой стороны …
— Алёнка, – кричит свекровь, – где нарукавники. Все перекопала.
Не успеваю ответить, Яр поворачивается на звук.
— Мам, я сейчас приду.
Присаживаюсь на скамейку. Хорошо-то как!
Восемь лет счастливой безмятежной жизни. Что говорить, пройдено много чего. Но все не зря. Мы добрели до устойчивого положения. Теперь радость и любовь царит в нашем доме.
Любуюсь, как Яр разговаривает с мамой. Они так хорошо понимают друг друга. Такое счастье, что смогли поговорить после приезда Ярика и выяснить все-все. Конечно же в первые дни была неловкость, но заботы о Катюше, о здоровье как-то сгладили. А потом мы без Валентины Владимировны, как без рук оказались.
Аккуратно и осторожно вышли на то, что имеем теперь. Я уговорила мужа продать ту квартиру, а потом пришлось еще и дом заложить. Первое время было тяжело, все вкладывали в развитие, но старание дало свои плоды. Нет, мы не олигархи, но хватает вполне на приличную жизнь. Да и не нужно нам богатство. Самое главное сокровище мы сами, то есть — семья.