А он-то всегда считал, что у него давным-давно всё под контролем и работает как часы. Какое, оказывается, жесточайшее заблуждение.
— Так, давай без истерик. Никого я под замок сажать не собираюсь! Откуда у вас у всех такие выводы? Все вокруг упорно доказывают мне, что я самодур и тиран. Ты мне скажи, дочь моя, я вас с Пашкой в детстве хоть раз пальцем тронул? Может, ремнём вас охаживал, а? Видать, действительно старею и ни хрена уже не помню, что что-то у меня таких воспоминаний о вашем несчастном детстве не сохранилось!
Вот умеют же представительницы прекрасного пола, кем бы они тебе ни приходились, в два счёта вывести из себя. И главное, нет бы нормально спросить. Нет, она звонит с уже готовыми претензиями!
— Тогда объясни, что происходит, — потребовала дочь.
Вот, и это ещё объясни. Всем вокруг от него нужны объяснения. Надо был попросить секретаршу, твою-то мать, документ официальный подготовить!
— Я отправляю вашу мать в небольшой отпуск. Такая формулировка сгодится?
— А какое право ты имеешь куда-либо её отпправлять? Она на тебя не работает.
Ты посмотри, какая защитница!
— Это право мне любезно предоставила твоя мать. Сама. Лично.
— Наверняка ты её как-то вынудил. Не пошла бы она на такое. Поскорее бы вы уже развелись, чтобы закончилась эта нервотрёпка…
Вот такие выводы и пожелания.
— Помнишь, ты Шерлока из себя строила?
— А это здесь при чём?
— Ну, при всём, как оказалось. Мать тебе говорила, что к ним проверка явилась? Какая удивительная череда невероятных, абсолютно случайных совпадений.
— То есть уже даже не жалоба.
— Ну, время-то поджимает, — хмыкнул Добровольский. — И это со стороны Соколова даже не тупость. Он просто настолько уверовал в то, что у них с твоей матерью сложились доверительные и тёплые отношения, что решил лезть напролом. Ну а если серьёзно, то это следствие отказа Дарьи сотрудничать с ним по линии нашего с ней развода. Теперь ты понимаешь, что я не могу оставлять это на самотёк? Стоит отвернуться, и к ней тут же кто-нибудь лезет. И даже выбора особенно не оставляют. Не хочешь сотрудничать, угробим твой приют.
Дочь выдохнула.
— Мама об этом упомянула. Но я не думала, что там всё настолько серьёзно закрутилась
— Ну, она в своём репертуаре. Не хочет никого волновать и тревожить.
— И ты лучше ничего не придумал, как её изолировать?
— Слушай, если тебя изолируют в комфортабельном доме на озере, ты будешь сильно этому сопротивляться?
— О-о-о… — протянула дочь удивлённо. — А… я же не знала.
— Ну вот и она не знает. Потому, видимо, ей этот импровизированный отпуск и кажется едва ли не ссылкой, — проворчал Добровольский, явно не собираясь перед дочерью распинаться и объяснять, что это вообще-то было своего рода сюрприз.